Оптимизма графа П. А. Шувалова, Н. Мезенцева и К. Ф. Филиппеуса не разделял, однако, Александр II. «Признаюсь, что я еще далеко не убежден, чтобы покупка эта могла состояться», — так гласит царская резолюция на этом докладе.
Так как переговоры Романа с Тхоржевским подходили уже к той стадии, когда, по достижении принципиального соглашения, надо было вопросы ставить более конкретно, то Роман «для получения дальнейших инструкций» был вызван в Петербург. Надо сказать, что Роман был весьма ограничен в своих правах и действиях. В каждом отдельном случае он должен был испрашивать разрешение III Отделения на тот или иной шаг. Такая постановка дела связывала ему руки, создавала ему преграды, подчас и неприятности, но он все же всегда умело находил выход из трудного положения. Теперь же, когда предстояло дожидаться приезда Герцена в Париж, наступил удобный момент, чтобы вызвать его, Романа, на несколько дней в Петербург.
Простившись с Тхоржевским и Огаревым, Роман должен был уехать в Париж. Но вместо Парижа уехал в Петербург, откуда уже отправился во Францию.
В Петербурге мы застаем его 6—8 сентября 1869 г. К чему сводились новые преподанные ему инструкции — неизвестно, как, вообще, не располагаем материалами, освещающими отношение III Отделения к его деятельности. 8 сентября 1869 г. он обратился с запиской к К. Ф. Филиппеусу о выдаче ему пожалованного «при отставке» годового оклада содержания. Он спешил приобрести себе на эти деньги новое платье, которое «удовлетворяло бы принятой мною на себя роли», и купить нужно было «еще сегодня, ибо завтра будет уже поздно». Любопытно, что ответа он поджидал во II экспедиции III Отделения, ведавшей делами личного состава служащих и о пенсиях. В III экспедицию, возглавляемую К. Ф. Филиппеусом, не желая «рисковать встретить в вашей экспедиции кого-либо постороннего», он не заходил.
Просимую сумму он, вероятно, получил и, снабженный новыми инструкциями, отправился в Париж, чтобы встретиться там с А. И. Герценом.
ГЛАВА VI
«Издатель Постников» и А. И. Герцен
Первое донесение Романа из Парижа относится к 16/28 сентября 1869 г. Но, «за невозможностью сообщить вам (К. Ф. Филиппеусу) что-либо о нашем деле до получения какого-либо известия от Тхоржевского», он сообщает целый ряд парижских новостей и слухов, не относящихся к нашей теме. Спрашивает только в заключение, сколько можно будет предложить за архив? Очевидно, будучи в Петербурге, он насчет этого не получил решительного ответа. На письме — помета: «Никак не более 20 тысяч франков».
В следующем письме от 18/30 сентября он сообщает в копии только что полученное им от Тхоржевского письмо:
«29 сентября 1869 г.
40 Route de Carouge, Genève.
Милостивый государь.
Письмо ваше получил. Пользуясь вашим адресом, имею приятность сообщить вам, что Александр Иванович (Герцен) в Париже — живет в Grand Hôtel du Louvre, ch. № 328. Если вам угодно поговорить о деле — адресуйтесь от моего имени во время, какое может вам назначить для свидания.
С. Тхоржевский»[30].
«Имея в виду ваше приказание, — пишет Роман, — я не пойду к Герцену, а терпеливо буду ждать хода обстоятельств».
«Я полагал бы, что ему можно разрешить свидание с Герценом», — написал на письме К. Ф. Филиппеус. Разрешение на свидание с Герценом Роману было послано телеграфно.
Роман продолжает умалчивать о деле в ряде писем, вплоть до 3 октября н. с., когда имел, наконец, возможность сообщить подробности разговора с Герценом.
В этот промежуток времени Тхоржевский списался с Герценом. «Получил письмо Тхоржевского, — писал Герцен Н. П. Огареву 29 сентября н. с. — Передай ему, что я безусловно советую ему продавать бумаги Долгорукова, или даже уничтожить»[31].
3 октября н. с. Роман, в ответ на свое, получил от Тхоржевского следующее письмо:
«2 октября 1869 г.
20 Route de Carouge, Genève.
Милостивый государь.
Только-что получил ваше письмо и спешу с ответом. Александр Иванович (Герцен) живет в Grand Hôtel du Louvre, № 328. Он предупрежден о вашем визите по поводу бумаг, — сделайте одолжение, обратитесь к нему и поговорите с ним и об цене; когда мы ближе будем знакомы, можно поговорить со мною в Женеве, или я могу тоже приехать в Париж, если будет нужно. Я вас предупреждаю, что имею и других, которые хотят купить, но предпочитаю людей более знакомых. Вы меня понимаете и во всяком случае нужно более познакомиться.
Ваш С. Тхоржевский».