– Боб, ты же окончил Стэнфорд? Чего ж ты мне говоришь, что кто-то недолюбливает черных? Что за хрень ты несешь?! Ты учился в Стэнфорде, где преподавали все то, что сейчас нужно сдавать!
С тех пор он больше ко мне не подходил.
Я стал искать брокера, у которого мог бы поучиться, и прибился к Энди Куперу, сидевшему в углу зала. Он был одним из самых успешных брокеров и занимался продажей налоговых убежищ[49]. Все это происходило еще до изменений в налоговом законодательстве, которые пошатнули роль налоговых убежищ. Налоговые убежища были очень выгодными как для клиента, так и для брокера, получавшего хорошую комиссию. Для того чтобы продать потенциальным клиентам идею налогового убежища, их приглашали на семинар.
Я не забыл советы Боба Бриджеса и помнил о том, что брокер должен упереться рогом и каждый день делать определенное количество звонков. По регламенту компании я должен был делать по двести звонков в день, не падать духом и не сдаваться, даже если большая часть этих звонков окажется безрезультатной. Купер заметил, что я очень дисциплинированный и упертый, даже когда потенциальные клиенты посылают меня на три буквы. Он дал мне задание обзванивать своих потенциальных клиентов и приглашать их на свой семинар, на котором окучивал клиентов и получал комиссионные. Я был всего лишь интерном и слушателем курсов, поэтому мне за мой труд ничего не полагалось, кроме стипендии. Но меня это тогда совершенно не огорчало. Я хотел научиться ремеслу брокера и приобрести опыт.
В минуты, которые не были посвящены учебе, работе и подготовке, я думал о Кристофере и мечтал снова с ним встретиться. В то время у меня не было своей квартиры, и я жил у матери Латрелл, где у меня была комнатенка. Иногда ночевал на полу у Леона Вебба и очень редко в квартире старого приятеля Гарвина.
Я тогда этого даже не понимал, но у меня вырабатывалась привычка быть постоянно в движении и переезжать с места на место. Даже не подозревал, насколько эта привычка поможет мне в жизни. Как только получил свой первый чек, сразу купил себе приличный костюм. Один костюм был на мне, другой в пластиковом чехле на молнии я носил на руке. На плече у меня была сумка с книгами и туалетными принадлежностями. Все нужное было при мне. Через некоторое время понял, что могу переночевать под своим столом в офисе. В любом случае я уходил последним и появлялся в офисе по утрам первым.
Я знал, что в отличие от Бабочки-Боба, которому давали новый шанс после того, как он заваливал экзамен, или Дональда Тернера, старший брат которого был одним из самых хорошо зарабатывающих брокеров в конторе, у меня будет всего один шанс, чтобы сдать тест. У этих ребят было то, чего у меня в жизни не было. У них уже имелась своя инфраструктура, так сказать. Дональд упорно трудился, но если он не сдаст экзамен, его старший брат наверняка замолвит за него словечко. Мне оставалось полагаться только на самого себя. У меня не было ни покровителей, ни запасного плана на случай провала, и я не мог рассчитывать на социальную помощь. Все зависело от меня. И если для достижения своей цели мне приходилось спать под офисным столом, то я был готов к этому.
Через пару ночевок в офисе я понял, что экономлю много времени и денег. Мне не надо было тратиться на городской транспорт и заправлять постель. Я просто ложился на ковролин и спал; проснувшись, шел в туалет, чистил зубы, умывался, подмывался, вытирался бумажными полотенцами и мазал под мышками дезодорантом. Иногда по нескольку дней ходил в одном костюме, иногда менял костюм и рубашку, которые хранились в пластиковом чехле. Когда первый сотрудник входил в офис, я был уже на телефоне, чтобы не терять времени и успеть сделать двести обязательных звонков. По вечерам старался закончить пораньше, чтобы успеть позаниматься.
На протяжении последующих недель меня спасала и поддерживала исключительно сила воли. Я полностью концентрировался на телефонном разговоре. Старался быть позитивным, не тратил попусту ни своего времени, ни времени человека, с которым разговаривал, был дружелюбным и говорил только по делу. Я был дисциплинированным и звонил, звонил, звонил. Вечерами занимался по учебникам. Хотя информация в них была сухой, как подошва старого башмака, и сугубо практического толка, я заставил себя поверить, что это самые захватывающие и интересные книги на свете. Я вспоминал слова матери о том, что публичная библиотека – самое опасное место на Земле, потому что если ты умеешь читать, то можешь туда прийти и узнать все, что тебе нужно. Я убедил себя, что книги помогут мне сдать экзамен и обеспечат преимущество перед остальными слушателями курса обучения брокерскому делу.
49
Налоговые убежища – небольшие островные или прибрежные государства и территории, которые проводят политику привлечения капиталов из-за рубежа путем предоставления широких налоговых льгот.