Выбрать главу

АНДРЕЙ КОЧЕТОВ

В ПОИСКАХ

БЕЛОГО СЛОНА

*

Художник Вс. Бродский

© Издательство «Молодая гвардия», 1977 г.

Слушай, обдумывай, спрашивай, пиши.

(Тайская пословица)

Таиланд с воздуха,

или

Неожиданное открытие

Все формальности наконец остались позади. Настроение вроде как весной — бодрое и приподнятое. То и дело невольно притрагиваюсь рукой к карману, словно хочу убедиться еще и еще раз в том, что документы на месте. Завтра в путь, далекий и неведомый. Кажется, сквозь пиджак улавливается тихий шелест командировочного предписания, оно же расчет-аттестат, ощущается упругость новенького, с еще не потрепанными глянцевыми корочками заграничного паспорта. На авиабилете, выданном мне в агентстве Аэрофлота, что на Фрунзенской набережной, рядом с Крымским мостом, указан предстоящий маршрут: «Москва — Рангун — Бангкок».

За рубеж мне приходилось летать и раньше. Однако то были путешествия скоротечные и в большинстве своем туристские. Теперь же предстояла длительная работа в одном из наших учреждений в Таиланде, бывшем Сиаме, стране, полной загадок, с которой связано множество любопытных историй и невероятных легенд. Срок командировки более или менее известен. Он будет измеряться не днями и не месяцами, а долгими-долгими годами. Этим отчасти объяснялось мое состояние. Состояние крайнего возбуждения. Одно дело — увеселительный вояж на пару недель в братскую Болгарию или, скажем, в Англию, где все просто: есть гид, есть отработанная заранее программа, совсем другое — отправиться на несколько лет в таинственный Сиам и отнюдь не для развлечений.

К гамме охвативших меня чувств приплюсовывалось еще одно. Любопытство. Да, простое любопытство, присущее любому человеку. Давно хотелось увидеть белого слона.

В детстве я однажды прочитал рассказ Марка Твена о том, как король Сиама послал в дар английской королеве белого слона и что из этого в конце концов получилось. Если верить писателю, то имя слона было Гассан-Бен-Али-Бен-Селим-Абдалла-Магомет-Моисей-Алхамалл-Джемсетджеджибой-Дулип, султан Эбу Будпур, или ласкательно просто Джумбо. И мне представлялось могучее животное ослепительной как снег белизны. Задрав хобот-граммофон, оно раскатисто трубило, призывая окружающих обратить на него внимание. Да и как не обратить? Белый слон! Подарок, доступный только монархам, подарок, подношения которого достойны лишь члены королевской семьи, да и то не все, а самые-самые…

Читая рассказ, я мысленно вместе с Джумбо прибыл пароходом в Нью-Йорк, чтобы затем отправиться далее, в Лондон. Однако в Нью-Йорке белый слон неожиданно исчез. Начались суматошные поиски. На ноги была поднята вся нью-йоркская полиция. Присоединившись к сыщикам Дарли, Бейкеру и Хоузу, я, опять же в мыслях, разыскивал Джумбо в Лонг-Айленде, Пенсильвании, Коннектикуте. Но тщетно. Белый слон как сквозь землю ухнул. Спустя несколько дней его обнаружили мертвым в подвалах сыскной полиции. Инспектор Блант и сыщики Дарли, Бейкер, Хоуз вне себя от радости делили между собой вознаграждение в сто тысяч долларов. Ведь они нашли слона «живого или мертвого». Мне же было очень жаль Гассана-Бен-Али-Бен-Селима… Я искренне переживал за могучего белого слона — подарок, доступный только монархам и подношения которого достойны лишь члены королевской семьи, да и то не все, а самые-самые.

И вот я направляюсь в Сиам, нынешний Таиланд, на родину марк-твеновского Джумбо. Будет ли удовлетворено мое любопытство? Увижу ли я белый феномен? Отгадаю ли загадку, которую преподнесла людям всемогущая природа?

Поднявшись в Шереметьеве, самолет взял курс на столицу Бирмы. Тринадцать часов лету отделяло Рангун от Москвы. Впереди две промежуточные посадки.

…Постепенно растаял в ночной мгле аэровокзал Тегерана. Предлагая традиционный бифштекс и отварную курицу, бортпроводницы успели дважды прервать и без того нелегкий сон авиапассажиров, прежде чем шасси нашего Ила осторожно, словно боясь всех нас вновь разбудить, прикоснулось к бетону посадочной полосы в Карачи. Получив у бармена по стаканчику кока-колы в обмен на специальные талоны, выданные у трапа миловидной девушкой в элегантном брючном костюме стюардессы пакистанской авиалинии, и потолкавшись минут тридцать у прилавков с беспошлинными товарами, пассажиры вновь заняли свои места в Иле.

В Рангуне предстояла пересадка на самолет бирманской компании UBA. До Бангкока оставалось менее часа. Из тех, кто летел Аэрофлотом, никого рядом уже не было. Одни сошли в Рангуне, другие продолжали свой путь в Иле дальше до Джакарты.

В Москве, готовясь к поездке, я прочитал несколько книг и справочников о Таиланде, стране, лежащей где-то далеко, в самом центре Юго-Восточной Азии. К моим прежним познаниям о сиамских близнецах и сиамских котах прибавилось немало сведений, порой противоречивых, разобраться в которых вот так, сразу, было делом довольно сложным.

Тем не менее я уже знал, что Таиланд, пожалуй, единственное государство в регионе, в целом сумевшее на протяжении всей своей истории устоять под натиском сокрушительных политических тайфунов, формально сохранить независимый статус, избежать печальной участи своих соседей, кого западные державы некогда превратили в колонии и полуколонии.

Вместе с тем неприкрытый экспансионизм капиталистических стран неизбежно привел к тому, что в Таиланде сложилась специфическая экономическая структура с ярко выраженной аграрно-сырьевой направленностью. Не выдержав дипломатического и военного давления, Сиам в середине прошлого века подписал с Великобританией первое неравноправное соглашение, вошедшее в историю как «договор Боуринга», по которому англичане стали пользоваться на сиамской земле правом экстерриториальности. Что же, начало, как говорится, было положено. Капиталистические страны, стремившиеся удовлетворить свои интересы в Сиаме, выстроились в длинную очередь. Шаг за шагом, в течение непродолжительного периода кабальные соглашения навязали Сиаму Франция, США, Дания, Португалия, Голландия, Швеция, Норвегия, Италия, Испания и другие государства. Пароходы под пестрыми европейскими флагами вереницей потянулись к берегам Сиама, снабжая своего азиатского «партнера» промышленными товарами. В обратные рейсы трюмы загружались продовольствием и ценным сырьем.

Эти договоры закрепили бесправие Сиама. Страна попала в клещи империалистических держав, жадная лапища капитализма сдавила ее горло, лишив Сиам независимости, превратив его фактически в колонию не одной, а сразу нескольких западных стран. Хотя, повторяю, формально Сиам был свободным, независимым государством. В этих условиях сиамскому королю нужно было заручиться поддержкой сильного союзника, который не имел бы никаких территориальных притязаний в Юго-Восточной Азии и на которого можно было бы опереться в борьбе за сохранение независимости. Такого союзника Сиам нашел в лице России. В 1898 году в Бангкок прибыла первая русская дипломатическая миссия во главе с посланником Е. А. Оларовским.

В двадцатых годах таиландские дипломаты, искусно используя сложившуюся международную обстановку, добились отмены большинства неравноправных статей соглашений с капиталистическими державами, в первую очередь отмены права экстерриториальности для иностранцев. В ноябре 1936 года правительство денонсировало все прежние договоры и восстановило политический и таможенный суверенитет.

После второй мировой войны, во время которой в Таиланде хозяйничали японцы, диктовавшие стране внешнюю и внутреннюю политику, на сцену в полный рост вышла изощренная американская дипломатия, пустив в ход весь арсенал своих испытанных средств. Проявив дьявольскую хитрость, она заняла монопольное положение в Таиланде и если не вытолкнула на задворки остальные империалистические государства, то, уж во всяком случае, изрядно их потеснила…