Выбрать главу

Нужно попытаться понять, где я, что со мной произошло. Так, источник, я обхватываю сталагмит, чтобы умереть. Да, я пошел на смерть, тогда почему я до сих пор жив? Стоп, это не мое тело. Как я смог оказаться в чужом теле? У кого можно поинтересоваться на этот счет? Последнее, что я помню — искорки моей сути переплетаются с серым дымом, уносимые вверх потоком магии, все. Ничего после этого не было, сплошная темнота. Как я мог оказаться здесь?

Стражники подошли к ступеням наверх. Я видел отполированный ногами камень, меня понесут наверх. Если быть совсем точным, поволокут. Осознание процесса сменилось тьмой. Ноги волочились по ступеням, отзываясь тупой болью. Через несколько ступенек сознание предусмотрительно отключилось.

Кто-то поднял мою голову за волосы, заставив прийти в себя. Взгляд никак не хочет сфокусироваться. Меня по-прежнему поддерживают двое, не позволяя упасть. Хочется посмотреть, что с ногами, но они отодвинуты назад, тело провисло вперед, загораживая вид. Голову держат за волосы крепко, не позволяя упасть. Нужно осмотреться, приходит запоздалая мысль. Не получилось, взгляд натыкается на чье-то лицо напротив. Темноволосый мужчина лет тридцати пяти выжидательно на меня смотрит. Интересно, чего он от меня ждет? — подумал я. Так общение у нас долго не получится, нужно начинать первым.

— Ты кто, — шепчут мои губы. Губы разбиты, когда ими шевелишь, чувствуется боль. Выбитые зубы заставляют шепелявить, но это все ерунда. Слова незнакомого языка срываются с моих губ. Я четко понимаю, какой задал вопрос по-русски, но губы произносят слова на другом языке.

Собеседник, не расслышав вопрос, придвинулся поближе.

— Ты кто, — повторяю вопрос, вслушиваясь в незнакомую речь и голос. Может я бормочу нечто непонятное и поэтому меня не понимают? Нет, на этот раз меня расслышали. Взгляд мужчины напротив мне совсем не понравился. Что я такого спросил? — недоумеваю, глядя на удаляющийся силуэт. Сфокусировать зрение, чтобы разглядеть, что передо мною не смог.

— Отрубите ему голову, прямо сейчас, — раздался властный голос с той стороны, куда удалился его собеседник.

Зашибись, мне сейчас отрубят голову. Хотел расхохотаться, но не хватило сил. Голову отпустили, позволив упасть на грудь. Глаз выбивали, руку отрубили, палец отрезали, на этом теле повреждения не в счет — я не помнил. Теперь мне отрубят голову — подумаешь мелочь. После приятных ощущений, когда тебя заживо сжигает поток магии, отрубание головы пустяк.

Каменные плиты на полу мелькали пред глазами, не позволяя сосредоточиться. В голове была пустота, думать о казни не хотелось. Больше интересовал вопрос, как я здесь оказался, ради чего? Очнуться на десять минут, чтобы тебя казнили, дурацкий выверт судьбы. Почему я вообще жив, ведь я сгорел.

Тело вытащили во двор, подыскивая место, где провести казнь. Колоды поблизости не обнаружили. Я слышал, как переговариваются между собою конвоиры и палач. Язык был чужой, но я все прекрасно понимал — почему? От вопросов голова просто раскалывалась. Жажда найти разумное объяснение заглушала тупую боль в разных частях тела.

Палачи не нашли ничего лучше, чем небольшой чурбан из запаса дров. Я слышал, как одного из охранников посылали в дровник на поиски. Мне все безразлично. Чурбан оказался слишком маленьким, чтобы на него положить голову. Палачи решили поступить иначе, использовали чурбан, чтобы подложить под шею продольно. Моя шея покоилась на круглом полене, словно на валике. Удобно или нет, оценить не успел. Короткий свист клинка, тупая боль в области шеи и сознание возвращается в привычную темноту.

Глава вторая

Линэя потрогала рукою тоненькую цепочку на шее. Опять ненавистный ошейник. Когда же наконец закончатся в ее жизни неприятности. Правда, на этот раз ей разрешили пользоваться магией, даже оставили на столике накопитель. Единственное ограничение было на силу заклинания. Открыть портал или использовать что-либо мощное не получится. Любые мелкие заклинания были пленнице доступны. Только девушка не собиралась ими пользоваться. Лежать на кровати, глядя в стену или потолок, вот ее любимое времяпровождение. Вначале, когда она очнулась, боевой задор не отпускал. Линэя пыталась кричать, что-то требовать, возмущаться. Конвоиры держали себя вежливо, говорили, что с ней обязательно пообщаются, только немного позже. Все изменилось, когда она включила телевизор, в камере была такая роскошь.

Все новостные каналы только и передавали о последствиях страшной магнитной бури, вызвавшей сильнейшие возмущения на планете. Ураганы, наводнения, землетрясения, все разом обрушилось на Землю. Счет погибшим шел на тысячи. Иногда под обломками оказывались целые города. Осознав, что причиной данного катаклизма является она, пришел черед раскаяния за содеянное.