Мэт пошарил в кармане, ища бумажку с названием ресторана и его адресом. Пока он шарил, бумажка скаталась в шарик. А когда он стал разворачивать его, зловредный ветер, выбрав подходящий момент, вырвал шарик из неуверенно двигающихся пальцев и понес, посвистывая себе, через дорогу.
— Только не это! — закричал Мэт, пока бумажка весело резвилась среди бегущих колес. Он соскочил с тротуара на дорогу, готовый немедленно пуститься в погоню за беглянкой, но она скрылась в автомобильном чаду и пару от машин, две или три из которых к тому же отвратительно надрывно ему сигналили. «Вернись», — закричал он. Но бумажка совершенно не желала, чтобы ее поймали. Он почти слышал, как она кричала ему: «Я свободна, свободна!»
Мэт схватился за голову, запустив пальцы в волосы. Ему захотелось то ли заплакать, то ли сильно ударить что-то неживое. И тут перед ним остановилось такси. Пораженный, но полный благодарного благоговения, Мэт сел в него.
— Мне надо в… в… — Куда же ему ехать? — В… в мексиканский ресторан.
— Ме-ки-кан-ски? — переспросил водитель.
— Вы мексиканец?
— Ке?
— Мекикано?
— Си.
— Мне нужно в мексиканский ресторан.
— Ке?
— Си, си.
— Ке?
— Куда вы ездите обедать?
— Обедать? Бит Мак?
— Да нет же, — завопил он. Медленнее: — Куда — вы — ездите — обедать — по-мексикански?
— Ме-ки-кан-ски?
Думай, Мэт. Думай. Под дурманящими волнами «Джека Дэниэлса», на самом дне, лежит твой мозг.
— Название как-то связано с кровопролитием. Что-то наподобие битвы у Малого Большого Рога, последнего поста Кастера, техасской резни цепной пилой…
— Кьен?
— Нет, Кастер. — Мэт в отчаянии откинулся на спинку сиденья. — Господи ты боже мой! Ты же чертов мексиканец и должен знать, где находится приличный мексиканский ресторан!
— Биг Мак?
Мэт обхватил голову руками и крепко сжал. Думай. Думай. Думай. Но озарение так и не наступало.
Водитель выжидающе смотрел на него.
— Кьен?
Плечи у Мэта печально сникли.
— Ладно, просто отвези меня в гостиницу.
— Ке?
— Только не начинай с начала! — И Мэт дал мексиканцу адрес своей гостиницы.
Успокоившись, водитель встроился в движение, и Мэт откинул голову на спинку сиденья. Дурак. Вот дурак-то. Где-то в этом безликом городе сидит красивая женщина и терпеливо ждет его (правда, может быть, уже нетерпеливо), а он такой идиот, что сумел забыть, где именно. Нельзя даже сказать, что память у него, как дырявое решето — это было бы незаслуженным оскорблением для всего семейства решет, да и сит в придачу. Он не знал номера ее телефона, не знал названия гостиницы, в которой она остановилась, найти ее — как иголку в стоге сена. Он оказался в городе, который никогда не спит[5], а ему ничего не остается, как идти спать. Одному. А завтра к вечеру он разделается с «Крутоголовыми» и с этим городом и — перелетная птица — полетит в родные края. А свою птицу счастья он упустил прямо из рук. Хороший мальчик, Мэтью.
Такси медленно подползло к очередному светофору, и Мэт закрыл глаза, отгородившись от мигания неоновых рекламных экранов, особенно резких на фоне уличной темноты; городской шум просачивался в машину, а завывание вездесущих полицейских сирен теребило его мозг. Внезапно глаза его открылись, и он резко выпрямился на сиденье.
— Это «Аламо»! — завопил он. — Черт возьми, это «Аламо»!
— А, си сеньор, «Аламо»!
— Я вспомнил! Я вспомнил! — Он даже почувствовал слабость от облегчения после такого напряжения.
— «Аламо».
Мэт стиснул кулаки: дай Бог, чтобы пронесло, не сорвалось опять.
— Есть Бог на свете!
— Си.
— Быстрее, быстрее! Поворот. Я выйду здесь. Пронто, пронто[6]. Арриба[7]!
Розовый кашемировый свитер был ее ошибкой. Большой ошибкой. Под мышками было влажно, и все тело чесалось. Как она могла так ошибиться в Мэте? Она ни на минуту не усомнилась в его честности — на его лице порядочность была начертана крупными буквами. Но ее знание людей оказалось настолько же глубоким и серьезным, как и «хлопомер» Хьюго Грина в последнем выпуске «Ударов удачи». Ее и на пять минут нельзя оставить одну, она сразу же влюбляется — и, конечно же, в того, кто ей совершенно не подходит. И все та же история. Интересно, как она сможет найти подходящего человека, когда все проводки в ее голове перепутались так, что она уже не способна отличить порядочного человека от подлого? Ей ведь даже в голову не пришло, что Мэт может не появиться в ресторане, и сейчас она не знала, сердиться ей или подумать о своем психическом здоровье.