Я невесело усмехнулась себе под нос. Даже походы в картинные галереи упомянуть не забыл, хоть они для него хуже горькой редьки. Так самоотверженно за меня держится, готов буквально на всё. А я? Я всего лишь трусиха. Мне легче сбежать, и сейчас тоже, несмотря на мои чувства к нему. Я не знаю, потяну ли бремя этих отношений. Я не смогу противостоять его родителям, потому что у меня нет ничего, чем я могла бы нас защитить. Нет ни одного аргумента, который говорил бы в нашу пользу. Я ничем не заслужила быть рядом с Лео.
У меня из глаз потекли слёзы от чувства вины и безысходности. Я ненавижу свою слабость!
– Тебе нужно прояснить всё со своими родителями. Расскажи маме, что сегодня произошло.
Он фыркнул.
– Ты представляешь, что тогда начнётся? Да она вообще больше никого ко мне не подпустит! Её мечта – свести меня с какой-нибудь тупоголовой богатенькой дочкой папиных знакомых!
– Ну да. А ты, как показывает практика, натыкаешься то на воровок, то на сумасшедших, то на сломленных тёток порядком тебя старше. Тебе всё равно придётся считаться с их мнением. Ты не сможешь отмахиваться от них всю жизнь. Чем дальше, тем будет хуже. Для начала поговори с матерью начистоту. Очень тебя прошу. А там будет видно.
– Кесси, смотри на меня! – потребовал он, когда я снова начала отводить взгляд. – Кроме тебя мне никто не нужен! Не плачь! Это невыносимо! Ты не права. Ты самое лучшее, что могло случиться со мной в жизни! Всё остальное лишь результат моей глупости, но не ты! Поняла? Не ты!
– Я пойду. Поправляйся. Не звони мне пока. Когда приведу мысли в порядок, я тебя сама найду.
Я встала и пошла к двери. В груди больно жгло. Мне так хотелось снова обнять Лео и просто остаться с ним, но я не могла. Пока я не найду выход, всё будет бессмысленно. Я не готова опять рисковать остаться ни с чем. Я уже сейчас еле выношу боль, расставаясь с ним даже на время.
– Не пытайся решить всё в одиночку, Кесси! Вернись! – крикнул Лео мне вслед, – Ведь у тебя есть я! У тебя есть я! – но я уже отворила дверь и вышла в коридор. Перед тем как дверь захлопнулась, я услышала, как он дико прорычал: – Я люблю тебя! И я не сдамся!
Мой простодушный принц. Всё-таки он ещё слишком молод, чтобы понять, как жизнь иногда жестоко разбивает даже то, что кажется нерушимым. А то хрупкое, что мы успели создать вместе, сдует в мгновение ока, как карточный домик, под напором противников наших чувств и отношений. Нельзя сказать, что я совсем опустила руки, но Лео сейчас помочь мне ничем не мог.
Вернувшись в палату, я просто свалилась в кровать и уснула. Где-то в середине ночи меня разбудила медсестра, чтобы померить давление и температуру. Она с нахмуренными бровями посмотрела на градусник, записала что-то в журнал, а потом дала мне обезболивающее, после чего я снова уснула. Рано утром я проснулась сама, ещё до обхода. Голова просто раскалывалась, рука горела, я чувствовала ужасную слабость во всём теле. После обхода принесли завтрак, к которому я едва притронулась. Меня воротило от одного вида пищи. Хотелось домой. До жути. Когда я поймала себя на этой мысли, то про себя посмеялась над собой же. Впервые в жизни мне хотелось вернуться в свою квартиру, несмотря на то, что там незнакомая маньячка проткнула мне руку ножницами и покалечила моего парня. Но даже там находиться было бы лучше, чем в больнице.
Чуть позже ко мне нагрянули двое мужчин-следователей из Kripo5. Посыпались вопросы. Мне нужно было описать всё в мельчайших подробностях: время нападения, как оно произошло, кто что говорил, как себя вёл и что делал. Прокручивая события в голове, я будто переживала всё заново. Изо всех сил я старалась не поддаваться эмоциям, но произошедшее было еще слишком свежо в памяти. Мне сделалось дурно. В конце нашей длительной беседы один из следователей сообщил, что после разговора с другой пострадавшей стороной, то есть с Лео, он собирается передать дело в прокуратуру. На это я ответила, что выдвигать обвинений не собираюсь. Он кивнул со скептичным видом – похоже, не одобряя моего решения. Но на этом допрос, к счастью, завершился. Теперь пришла очередь Лео. Полиция, скорее всего, насядет на него с двойным усердием. Не знаю, обратится он в суд или нет. Предполагаю, что нет. Он сжалится над Марисой, но, вполне возможно, включатся его родители и попытаются заставить его действовать. Он не сможет не рассказать им о Марисе. Меня ужаснула одна мысль о том, сколько ему предстоит споров. Надеюсь, он справится и примет правильное решение.
Со вздохом облегчения я проводила следователей. Как раз настало время обеда и дневного обхода. Я поклевала из своей тарелки что-то похожее на гуляш и стала ждать врача, но уснула – а когда проснулась, он уже сидел у моей койки. Это был мой оперирующий хирург. Я тут же подскочила и поправила волосы, чтобы сымитировать бодрый вид.
5
Kripo – сокращение от Kriminalpolizei. Отдел полиции, занимающийся предотвращением уголовных преступлений, их преследованием и расследованием.