— Это плохая идея — предупредила она.
— Вы хотите, чтобы я занялась расследованием или нет?
Она резко выдохнула.
— Хорошо, но я должна быть там с вами.
— Нет, вам не следует возвращаться туда, если дела будут закрыты. Было бы нехорошо, если бы вас кто-нибудь увидел. Оставайтесь на месте — я позвоню, когда закончу. Я делаю то, для чего вы меня наняли.
— Хорошо. Только ничего не трогайте. Если я добьюсь возобновления расследования, мне нужно будет вернуться туда, и они не могут быть заражены.
Я согласился и повесил трубку.
Когда я повесил трубку, солнце, наконец, село. Я почувствовал, что все стихло — я всегда это чувствовал. Теперь это был мой мир, и пришло время кое-что разнюхать. Я вышел на улицу и посмотрел на луну, щурясь от её сияния. Растущая луна, полнолуние не за горами. По-прежнему было достаточно легко передвигаться, но полумесяц или новолуние были гораздо предпочтительнее.
Моя суперсила была просто потрясающей. Когда я впервые обнаружил ее, я до смерти перепугался, потому что я не жил в комиксах, и ни один из ведущих на телевидении никогда не говорил о супергероях. Мысль о том, что у меня есть супергерой, не выходит у меня из головы и по сей день. До сих пор я никогда не сталкивался с кем-то еще, обладающим такими способностями, но я и не особо присматривался. Мысль о том, чтобы стать частью более масштабной схемы, была непривлекательной, и я предпочел придерживаться мнения, что я каприз природы, аномалия. Лучше и совершенно уникален во всех отношениях.
Да, у меня было легкое самомнение.
Я проверил адреса в сообщениях мисс Дельгадо и выбрал Маунт-Плезант в качестве первого пункта назначения. Мои глаза привыкли к темноте, но я не снимал солнцезащитных очков, чтобы избежать внезапного воздействия света. Я выскользнул в ночь, напевая себе под нос, «We Didn't Start the Fire»[3]
Глава 5
Тени закружились вокруг меня в клубах шипучего дыма, которые могла видеть только я. Я закрыл глаза и глубоко вдохнул, втягивая воздух носом и порами. Когда я делал это медленно и целенаправленно, ощущения были потрясающие. Прохладное покалывание пробежало по моим конечностям, наполняя меня изнутри, пока я не стал легким, как перышко, паря в ночном воздухе.
Я открыл глаза и увидел другой мир, над которым сияла луна, освещая местность, но ничего не касаясь. Земля под моими ногами казалась кристально чистой поверхностью огромного озера, и в её отражении мерцал мир, который я покинул. Здания, фонарные столбы, уличные указатели, все это перевернуто и лишено света, простираясь к ковру из ярких звезд. Я был под миром и в то же время над ним, вверх ногами и под ним. В моем самолете темнота распространялась влево и вправо, вперед и назад, а в пустоте плавали сияющие радужные шары. Это были огни всего мира: уличные фонари, подъезды и мягкое галогеновое свечение, вырывающееся из открытых окон. Они были заключены в прозрачный хрусталь, сияли ослепительно, но ничего не освещали, твердые, как сталь, и непроходимые, маяки человеческого высокомерия, погруженные в забвение. Некоторые двигались, проносясь взад и вперед вдалеке, в свете фар машин, проезжающих по улицам перевернутого мира.
Я не до конца понимал это место и то, как я смог сюда попасть, но я мог это сделать. Входом в него были тени: любая тень, где угодно и когда угодно. Пока меня не касался свет, я мог проходить сквозь него. В этом царстве мне почти никто не мешал; стены и барьеры естественного мира, которые отражались у меня под ногами, стали незначительными, позволяя мне свободно передвигаться. Я мог с легкостью проникать в любое затененное место сквозь стены, заборы и запертые двери. Единственным ограничением был свет. При дневном свете материализовались бы светящиеся стены, преграждая мне путь. Тени превращались в темные омуты замкнутой территории, ограничивая мои передвижения ночными часами.
Я назвал это место Ноктис. По-латыни это означает "ночной", так гласит латинско-английский словарь, который я нашел в библиотеке, когда мне было семнадцать.
Помимо способности проходить над /под стенами и твердыми предметами, здесь у меня была еще одна способность, которой я собирался воспользоваться, чтобы добраться до Маунт-Плезант. Сориентировавшись в нужном направлении, я посмотрел на отдаленный участок, почти на границе видимости, и просто подумал о том, что нахожусь там. В мгновение ока мое тело растворилось, слившись с темнотой, и переместилось в это место. Это была не совсем телепортация, так как я почувствовал, как кто-то вытянул мою сущность, но это произошло так быстро, что вполне могло быть и так. Я назвал это прыжком. Я мог бы перепрыгнуть целый километр за одну секунду и пересечь город за считанные минуты, одним прыжком за раз.