Одной из тем для обсуждения в дороге была следующая: «Обслуживание транспортных средств в дороге в литературных произведениях и отчего авторы пытаются обойти его стороной». Мало, мало реализма! Те же мушкетеры — они ж вообще не заморачивались! Слез с Констанции, тут же на коня прыг, и в Англию, за подвесками! Упоминается, конечно, чистка лошади, кормление, поение, но как бы между делом, походя. «Планше позаботился», «Мушкетон обиходил», вдобавок слуги в корчмах, тавернах и постоялых дворах за пару тогдашних су готовы были практически на всё… С машинами — та же хрень: заправил и поехал, самое нехорошее — колесо пробил. Тогда заморочился, заменил и на удачно подвернувшемся автосервисе пробитое заклеили, накачали и на место установили. А вот хрена лысого! Это в городе проходит, а в условиях цивилизационного зажопья не получится так. На привале осмотри всё, общупай, не греется ли что, уровни всего, чего можно, проверь и при необходимости долей, проверяя, нет ли где течи. А уж при наличии потеков — у-у-у! Открывается простор для креатива и самореализации. И никуда не денешься: всё как в стишке может быть, где «лошадь захромала — командир убит». Но человек — тварь адаптивная, и к прибытию в Аламо я не только пообвыкся в роли дальнобойщика, но и начал получать определенное удовольствие от выполнения всех этих обязанностей.
Аламо мне и понравился, и не понравился одновременно. Всё понимаю: специфика, ноблесс облидж, так сказать, постоянное «будь готов», но пересаливают они со всем этим. Вдобавок вопрос религии и религиозности, для меня и так достаточно болезненный, тут заиграл новыми красками. Если ты не ходишь на воскресную службу — ты типа ущербный. Недоразвитый! Меня дома-то подобный подход бесил, но там можно было хоть по известному адресу особо истинно верующих послать, а тут — фигушки. Мэр, он же священник, и не получится чиновника от служителя церкви отделить… Групповщина какая-то! «Все — на стрельбище!» «Все — в церковь!» Что действительно удивило и понравилось, так это полное отсутствие негров. Я ничего не имею против Уилла Смита или Моргана Фримена[3], но они — редкое исключение. Я понимаю, что мнение возможно субъективное и неправильное, но вот что сложилось, то и сложилось. Вдобавок с тем же стрельбищем — есть, так сказать, вольные стрелки и есть «члены клуба», а остальные — типа гости и мы их терпим из вежливости. Ипать-копать, эдакий Бабельсберг, тьфу, Бильдерсберг американской глубинки! Это я с вотчиной Геббельса перепутал…
Вдобавок у наших «компаньонов» из ПРА что-то не срослось по срокам, и нам выдались несколько свободных дней, так что и отдохнули, и технику проверили, и даже, по инициативе Сёмы, всласть поиграли в преферанс, как в давние времена — со спиртным, досадными промахами, обидными ренонсами и «стенками», недо- и перезакладами и парадоксальными проходами непроходимых, казалось бы, мизеров. Я, кстати, оставил свою поклажу в Аламском «локере» (контейнерном складе) и пер в кузове горючку в бочках и три кубовых цистерны воды.
Глава 5
Про восьмисоткилометровый марш к предгорьям особо и рассказать особо нечего. С одной стороны, отделились семьи, женщины и дети, соответственно, внеплановых остановок стало меньше. С другой — началась серьезная «пахота» на конкретный результат — радиомолчание, усиление правил движения и прочие военные примочки. Вдобавок дорога стала ощутимо хуже, местами она вообще пропадала, признаки обитаемости вообще исчезли «как класс» еще на исходе первой сотни километров… Перли, в общем, «в пространство». Хорошо, ветер дул сбоку и пыли было меньше ожидаемого. Попадались куски, подходящие под описание Маэстро из фильма «В бой идут одни старики» — степь действительно ровная как стол. Попадались холмы, мелкие речки и пересохшие русла, в стороне оставались рощицы-перелески, но мы перли куда-то «в пространство» — а куда? Вели «компаньоны», мы, так сказать, болтались в роли массовки и, если надо, огневой поддержки. Но пока «надо» всё не наступало и не наступало…
Наконец, встали лагерем, и вперед ушли некие местные «егеря», прихватив с собой нашу бээрдээмку. У Айвара, честно открутившего баранку последние три часа, хватило сил только машину с прицепом установить «куда сказали», и всё — так за рулем и прикемарил. Да так, похоже, все рули отключились — разбивали лагерь в основном или пассажиры (кроме часовых), или «подменки». Но — справились, встали палатки, потянуло вкуснятиной из котлов над костерками… Помню, разбудил Айвара, мы поели нечто, спроворенное Серегой, и уползли спать. О-о-о… Спа-а-ать…