— Стреляйте! — рявкнул граф Турн в бешенстве и первым выхватил из-за пояса пистолет и взвёл курок. — Взять их!
Грянуло несколько выстрелов.
Толпа на площади, услышав крик вожака, бросилась к рву. Чудом уцелевшим штатгальтерам пришлось снова скатиться на дно рва. За ними вниз устремились самые ретивые протестанты, размахивая дубинками с железными шипами и обнажёнными шпагами. Положение беглецов стало критическим, но в ту минуту, когда они бежали по рву в сторону подъёмного моста, надеясь под ним найти укрытие от обезумевшей толпы, вдруг из трубы для стока нечистот им помахала чья-то рука.
— Сюда, господа! Время не ждёт!
Им ничего не оставалось, как последовать совету незнакомца. Вскоре они уже на четвереньках вползали под каменные своды замковой клоаки. В повадках незнакомца Славата и Мартиниц угадали лицо духовного звания и не ошиблись.
— Memento mori[137]. Я — светский коадъютор ордена иезуитов Иоганн-Збергардт Нитард, можете называть меня брат Иоганн. — Говорил иезуит по-немецки свободно и, судя по выговору, скорее всего он был уроженцем Саксонии. С ним в сточной трубе оказалась молодая монахиня.
— Сестра Барбара, — представил её иезуит. — Нам едва удалось уйти из кармелитского монастыря, который подожгли еретики, будь они прокляты! — С этими словами коадъютор со скрежетом задвинул ржавую решётку, преграждающую вход в трубу, и с трудом повернул в замке кованый ключ. — Господь надоумил меня разжиться этим ключом, который был спрятан здесь в тайнике, — пояснил иезуит. — Итак, вперёд, дети мои, пока еретики не проникли сюда.
У сестры Барбары в руках уже был зажжённый фонарь, и беглецы отправились в мрачные подземелья Пражского замка. Глубокой ночью Нитард вывел их через потайной ход на одну из тёмных узких улочек Праги.
— Кроме людей из нашего ордена, в Чехии, слава Господу нашему, осталось ещё достаточно добрых католиков, — сказал молодой коадъютор. — Вы можете теперь не беспокоиться за свою безопасность, в Мюнхен вас будут сопровождать мои люди во главе с братом Домиником. Я же пока должен оставаться в Праге, ибо борьба с еретиками требует моего присутствия именно здесь, в Чехии.
Светский коадъютор ордена иезуитов свои слова сдержит, и через каких-то две недели граф Славата и граф Мартиниц уже были во владениях Максимилиана Баварского в Мюнхене.
У самого же патера Нитарда действительно было очень много дел в Чехии, и одно из важнейших — организация внутреннего военного сопротивления католиков протестантским мятежникам, в том числе и ведение тайной контрреформационной деятельности в стране. Все необходимые инструкции он получил во время встречи с личным духовником короля Фердинанда фон Штайермарка, патером Леморменом.
Нитард, переодевшись в светскую одежду, нёсся верхом в Моравию, ибо Лемормен от имени самого короля поручил ему поднять в этом благодатном крае антипротестантский мятеж. Для этого необходимо было использовать одного из самых богатых магнатов Моравии — графа Валленштейна. Тот уже знал о восстании протестантов в Праге и всерьёз прикидывал, какие шансы у Фердинанда фон Штайермарка удержать за собой чешский королевский трон, и не пора ли самому примерить королевскую корону. Казалось, что начавшийся в стране хаос этому благоприятствует, но для достижения своих честолюбивых целей графу необходимо было прежде всего создать дисциплинированную и хорошо вооружённую армию. Однако даже на небольшую армию нужны огромные деньги. Валленштейн прикидывал, насколько ему хватит собственных средств для содержания хотя бы одного пехотного и трёх кавалерийских полков. На содержание пехотного полка в течение года требовалось не менее полмиллиона гульденов. Армия из десяти тысяч солдат и офицеров будет обходиться ему не менее чем в 1,5 миллиона гульденов в год. Это были астрономические суммы даже для такого состоятельного человека, как Валленштейн. Числясь офицером на имперской службе, то есть обристом Моравии, за свой счёт он содержал только два эскадрона кирасир и роту мушкетёров и сейчас усиленно ломал голову над тем, где взять средства на содержание хотя бы одного кавалерийского полка. Его размышления прервал приход посланника патера Лемормена.
Нитард в сопровождении Зигмунда Адама Эрдманна графа Трчка и барона Зигфрида Христиана фон Илова — лейтенантов Валленштейна, рослых, могучего сложения рыцарей — вошёл в кабинет моравского обриста.
Ставка графа находилась в принадлежащем ему замке, в окрестностях которого были расквартированы мушкетёры и кирасиры, поэтому Нитард направился прямиком в это имение Валленштейна: шпионская сеть ордена иезуитов в Чехии и Моравии работала безукоризненно.