— Не воображай, что можешь командовать мною, Дорис, — предостерег он и поспешил на поиски Джека и Салли.
Что так чертовски привлекает и возбуждает в острой на язык Дорис Симпсон, сердито спросил себя Энди по дороге на стоянку. Два поцелуя, почему он их добивался? После какого-то момента его поцелуи становились не такими, какие ей требовались. Хуже того, они и ему переставали нравиться. Что за глупость?
Он заглянул в свою машину — пусто. Если дед с бабкой не запарковались, как подростки, то куда они делись? С одной стороны стоянку ограждали густые кусты, Энди подошел и услышал тяжелое дыхание за ними.
— Джек? Салли? Что вы делаете в кустах?
— Ничего, — ответил задыхающийся голос подростка. — Ничего мы не делаем, мужик.
Энди представил, каким было это «ничего» и что делал парень со своей подружкой. И вообразил себя, укрывшимся за этими кустами и делящим украденные наслаждения с Дорис.
Тряхнув головой, чтобы отделаться от незваных образов, Энди вернулся к парковой скамейке. Дорис уже закрывала корзинку.
— На тропинке любви их не видать, — доложил он ей.
— Сейчас я их спугну. — Сунув два пальца в рот, она издала пронзительный свист на три тона. Дед научил меня этому сигналу тревоги, когда я была еще маленькой. Все равно, что набрать 9-1-1[2].
И действительно, минутой позже появились Джек и Салли — запыхавшиеся и раскрасневшиеся.
— В чем дело, девочка?
— Пора двигать домой. Моя лодыжка устала. По правде говоря, дело было не в лодыжке, но им это знать ни к чему.
Идя к машине, Джек протянул Энди ключи.
— Я за справедливость: на обратном пути мы с Салли воспользуемся задним сиденьем.
Это не понравилось Энди по двум причинам. Во-первых, там или бабушка будет сидеть на Джеке, или наоборот. Во-вторых, Дорис окажется далеко от него.
Но, может, оно и к лучшему, задался он вопросом, соображая, радоваться ли ему или сожалеть по поводу предложения Джека. Наверное, все же радоваться, поскольку в его намерения входили лишь определенные отношения, не более того.
В отличие от него, Дорис стремилась к браку. Он подозревал, что если она уж полюбит, то от всего сердца, как любит деда. Инстинкт предостерегал его: открыв свое сердце, она будет надеяться на брак, а он вовсе не собирался жениться. Никогда.
— Сзади тесновато для двоих, — попытался отговорить стариков Энди.
Джек только ухмыльнулся, а Салли подтвердила:
— То-то и оно.
При всем своем благоразумии, сев за руль, Энди им позавидовал.
VI
На следующий день Дорис проснулась на рассвете, услышав чьи-то осторожные шаги у задней двери. Быстро приняв душ и войдя в кухню, она успела увидеть в окно Джека и Салли, скачущих верхом на Шейхе и Мулатке в направлении восходящего солнца. Их сопровождали Бой и Той. Джек оставил записку, извещая, что все утренние дела переделаны.
Пока она наблюдала за их бегством, пришел Энди. Он тоже нахмурился, увидев записку и припомнив слова Салли на пути домой: «Теперь я знаю, что это такое — любовь с первого взгляда».
— Я не верю в любовь с первого взгляда, — мрачно проворчала Дорис.
— Я тоже, — пробормотал Энди. — Они ведут себя по-детски.
— Кому-то нужно поехать и приглядеть за ними.
— С твоей лодыжкой не до верховой езды.
— Сегодня на один костыль лучше, чем вчера. — Она проковыляла к кофеварке, опираясь на один костыль. — Ты можешь взять Розочку и быстро догонишь их.
— К сожалению, — вздохнул Энди, — наши предки уже не дети.
— Но ведут они себя не как взрослые. Играют с огнем.
— Не как мы, — криво улыбнулся Энди, — если только ты не считаешь детскими наши два поцелуя.
— Конечно, они детские, и лучше их забыть. Они ничего не значили для тебя и для меня тоже.
Сегодня утром Энди не нравился сам себе — какой-то неотдохнувший и раздраженный. Проснулся он моментально и тут же возбудился, услышав, как Дорис включила душ. Воображение нарисовало ее вступающей под струи воды и пробудило в нем мучительные эротические фантазии. И сейчас слова Дорис не улучшили его настроение.
— Для меня значили, — проворчал он. — Я не целую всех подряд.
Дорис включила кофеварку.
— Многие мужчины теряются, лишенные удовольствий большого города.
— Знаешь, Дорис, в чем ты не права? — Он положил руку на ее плечо и повернул к себе. — Ты совсем не веришь в себя.