Дитрих передернул плечами. Черт, а похоже, что его прибытие сюда вовсе даже не было ошибкой!
Неделю назад, в самый разгар коротенького — всего десять дней! — отпуска его срочно вызвали на набережную Тирпица, в штаб-квартиру абвера. В одном из бесчисленных кабинетов Дитриха принял оберст Кауфман из отдела "Ausland", который недвусмысленно намекнул на то, что распоряжение об отправке гауптмана Дитриха Герца в Анголу "для помощи португальским союзникам в одном щекотливом деле" исходит с самого верха — в разговоре была в совершенно определенном контексте упомянута фамилия шефа Бюркнера[19] — и, следовательно, исполнять задание нужно со всем возможным тщанием. Впрочем, работать иначе Дитрих не умел — он так и сказал своему визави. В ответ на это Кауфман холодно улыбнулся, сказал, что именно поэтому выбор командования пал на Герца, посоветовал не ершиться, и пожелал удачи. Двадцать часов спустя Дитрих уже был на борту Ju.290, который уносил его на юг…
В пути у него было время ознакомиться с подборкой документов, озаглавленной "Досье капитана Виэйру". Один из офицеров комендатуры в Бенгеле, некий капитан Густаву Виэйру — еще один неравнодушный человек среди толпы лентяев и засонь — на протяжении многих месяцев собирал факты, не имевшие более-менее удобоваримых объяснений. В результате изучения этих документов капитан Виэйру пришел к испугавшему его выводу: по мнению капитана, где-то в округе действовала некая тайная организация. Капитан не раз обращался к своему руководству, но поддержки не встретил — главным (и едва ли не единственным) аргументом противников его теории была фраза: "Ну что может случиться в такой глуши?".
Отчаявшись пробиться сквозь препоны колониальных военных властей, капитан пошел ва-банк — обратился к своим знакомым в Лиссабоне. Сколько обивали пороги знакомые капитана, Дитрих точно не знал, но в один прекрасный (а может быть, и нет) день "Досье капитана Виэйру" попало к одному из высокопоставленных офицеров португальской контрразведки. Не вникая в хитросплетения клановых разборок, сдержек и противовесов внутри организации, Дитрих понял: контрразведчик, поверивший Виэйру, как и капитан, пошел на риск — понимая, что "Досье" может быть похоронено под сукном, он, в свою очередь, обратился к своим знакомым в абвере. В Берлине на тревожные сигналы, пусть и на не очень четко определенные, реагировали не в пример быстрее, чем в Лиссабоне. И вот уже колесики завертелись, в результате чего гауптман Дитрих Герц отправился в Анголу для того, чтобы разобраться в ситуации на месте.
По прибытии Дитрих намеревался в первую очередь переговорить с капитаном. Но, как выяснилось на месте, Виэйру умер от лихорадки еще до визита Дитриха на набережную Тирпица…
Впрочем, это уже дело прошлое. Важнее другое — похоже, неясные подозрения капитана Виэйру начинали обретать под собой реальную почву. Неизвестная лодка, а главное, неизвестные люди, направляющиеся как раз в Тихий Лес, многочисленные упоминания о котором Дитрих встретил на страницах "Досье" — более чем достаточно для того, чтобы сделать стойку.
И вот ведь что странно — никто туда, в этот Тихий Лес, по своей воле не пойдет, однако неизвестные с погибшей лодки направляются прямиком в это проклятое место. Выходит, знают что-то, чего не знают ни аборигены, ни португальцы, ни — Дитрих скривился, словно откусил от лимона — ни гауптман Герц? При этом оружие — на бумаге появился заштрихованный треугольничек — неизвестные старательно прячут на берегу. Рассчитывают вернуться? Вполне возможно…
И что из этого следует? А следует то, что в распоряжении Герца есть вполне приличная наживка, на которую — если повезет — можно выловить очень крупную рыбу…
Зазвонил внутренний телефон.
— Герц… Угу. Хорошо, доктор. Сейчас буду.
Он смял листок с каракулями, и сжег в пепельнице, тщательно размяв пепел. Опасаться тут, конечно, некого, но привычка — вторая натура… Тем более привычка, столь прочно вбитая в подсознание.
Что ж, проведаем доктора.
Дело в том, что новости, доставленные Абреу, были отнюдь не единственным сюрпризом последних суток. Не далее как вчера дорожные рабочие, трудившиеся в пяти километрах от Бенгелы, обнаружили труп. Обнаружили случайно — рвали динамитом скальный выход, и от сотрясения осыпался склон небольшого холма, обнажив недавнее захоронение. Может быть, никто бы и не обратил особого внимания на эту находку — мало ли как решают свои вопросы местные жители, но была причина, по которой руководитель дорожной бригады постарался как можно быстрее добраться до телефона и связаться с властями. Дело было в том, что это был труп белого человека — это было совершенно ясно, несмотря на то, что над телом уже основательно потрудились представители местной фауны. Тело доставили в комендатуру, и передали доктору Пилару, который работал и на комендатуру, и на полицейский участок.