Он созвонился с парой знакомых геев, живших в нескольких милях отсюда, которые наверняка согласились бы приютить беглецов на ночь и сделать всё необходимое. Это были два эксцентричных антиквара, давно продавшие свой магазинчик, положившие миллионы на счет в банке и умиравшие от скуки. Они были только рады поучастивать в настоящем приключении, пусть даже на одну ночь.
Джампер пожал ему руку:
— У меня в Арколе припрятан фургон с передатчиком. Настрой завтра радио на длинные волны, я выйду в эфир во второй половине дня. Частоту найдешь сам, я ее пока не знаю. — Он сунул Джону в руку записку с адресом электронной почты.
— И как, черт возьми, вы собираетесь перебраться через реку? — спросил Джон. — Все мосты перекрыты блокпостами.
— Переправляться буду только я, — ответил Джампер. — Би со мной не поедет. Она попытается выбраться из страны и вести репортажи оттуда, подробностей тебе знать не нужно. Но спасибо за заботу. У меня есть пара друзей в Лисбурге, они заберут нас завтра утром, так что не переживай. Вы с Дэнни и так помогли нам более чем достаточно.
Их забрали на розовом автофургоне около двух часов ночи в пятницу, перед самым началом комендантского часа. Ни у кого, кто увидел бы эту машину и ее владельцев, не возникло бы и тени подозрения относительно их истинных целей. Это был настоящий передвижной дом на колесах с плюшевой обивкой руля и всеми сопутствующими атрибутами. «Венис-Бич, встречай нас!» — красовалась огромная надпись на заднем стекле. В компании этих ребят за безопасность гостей можно было не беспокоиться.
Он сидел в тишине, сжимая руку Дэнни и глядя в пустоту. Если мисс Би и Томасу Джамперу действительно удалось докопаться до истины, это было смертельно опасно как для них самих, так и для него, да и для всего режима в целом. Если Джампер снова доберется до микрофона и запустит мобильный передатчик, начнется настоящая информационная война. В этой схватке полетят головы, и нужно очень сильно постараться, чтобы под удар не попали вашингтонские покровители.
Дэнни положил голову ему на плечо и нежно сжал ладонь. Это был знак особой серьезности — так у них повелось с самого начала. Чем важнее была тема, тем мягче было прикосновение.
— Возьми это на всякий случай, — Дэнни протянул ему конверт толщиной с воскресный выпуск «Вашингтон пост». — Здесь девять тысяч долларов. Да-да, не удивайся так, Джон, я тоже умею копить деньги. Но сейчас они нужнее тебе. Тебе пора уезжать, Джон, слышишь? Отправляйся в аэропорт прямо ночью, к пяти часам, как только закончится комендантский час, и лети на Аляску или в Монтану. Оттуда ты легко сможешь перебраться в Канаду.
Он пристально посмотрел Джону в глаза, заметив, что тот пытается вернуть конверт:
— Нет, Джон, ты должен уехать. Тебе пора уезжать. Те, кто идет по следу мисс Би и Тома, скорее всего, пока не знают о твоей причастности, но это вопрос времени. Скоро они перекроют всё. Через несколько дней в стране не останется ни одного независимого телеканала, и я не вынесу зрелища того, как ты сидишь сложа руки и сходишь с ума от собственного бессилия только потому, что я удерживаю тебя здесь. Ты понимаешь меня?
Джон попытался возразить, уверяя, что вовсе не чувствует себя связанным по рукам и ногам, но Дэнни нежно прикоснулся к его щеке, заставив замолчать.
Вот так и ощущалось расставание.
Дорога до Международного аэропорта имени Даллеса заняла больше трех часов. Весь путь пролегал мимо погруженных в полную темноту пригородов, безлюдных улиц, закрытых навесных замками ресторанов и кинотеатров. И повсюду дежурили военные патрули. Армейские бронемашины стояли через каждые сто метров вдоль всей трассы до самого аэропорта, солдаты держали автоматы наготове. Разницу между нынешним Вашингтоном и неспокойным Лондондерри времен конфликта разглядеть было практически невозможно, досмотры проводились с особой пристрастностью[59]. И хотя поначалу пробок на дороге не было, у подъезда к терминалу они растянулись на мили. Когда впереди наконец показались очертания терминала, Джон понял, что безнадежно опоздал на восьмичасовой рейс до Сиэтла, а значит, упустил и стыковочный рейс до Анкориджа.
Он припарковал машину между двумя фургонами с эмблемами ФЕМА на дверях и покатил чемодан к стойкам регистрации, у которых томились сотни измученных пассажиров. Теперь приходилось импровизировать на ходу и искать другие варианты полета. Северная Дакота, Монтана, Аляска, Айдахо — подойдет любой доступный рейс. Выбрав стойку с самой короткой очередью, он изо всех сил старался не думать о бледном лице Дэнни, провожавшего его у окна. Еще там, у дома, он твердо пообещал себе, что они обязательно увидятся вновь. Так должно быть. Дэнни справится с болезнью, и они обязательно встретятся, когда придет время.
59
Лондондерри во времена конфликта — отсылка к периоду затяжного этнополитического конфликта в Северной Ирландии (конец 1960-х — 1998 гг.), известному как «Смута» (