— Привет! — шепнул кто-то позади Бугатти.
Он обернулся и увидел пробиравшуюся к нему Догги. Нарядная, она выглядела просто ослепительно. Она взяла его под руку и легонько сжала предплечье:
— Прекрасный вечер, правда?
Он тоже сжал ее ладонь в ответ.
Они свернули за угол и оказались в просторном холле — своего рода промежуточном вестибюле, соединявшем узкий коридор с основной галереей. Под высоким потолком колыхались сотни флагов, заставляя присутствующих невольно поднимать головы. Поистине величественные декорации для триумфа будущего президента — настоящий коридор почета. Бугатти оглянулся на своего оператора и с удовлетворением отметил, что на камере уже горит красный огонек записи. Отлично: у продюсеров в передвижной телестанции будут эксклюзивные кадры, а руководство «Эн-би-си» может смело открывать шампанское.
Здесь Кёртис попросил всех ненадолго задержаться.
— Дамы и господа! В знак признания невероятной кампании Брюса Янсена и его прекрасной супруги мы приготовили для вас небольшой сюрприз!
Он кивнул сутулому, щуплому человеку в красном пиджаке, который вместе с агентом Секретной службы в сером костюме дожидался процессии у стены, завешенной тяжелыми шторами из сложенных флагов.
Бугатти почувствовал, как Догги вздрогнула; в ее глазах на мгновение промелькнуло нечто похожее на панический страх.
В ту же секунду к щуплому человечку шагнули телохранители: с одной стороны — невысокий блондин в сером пиджаке, с другой, прижавшись спиной к стене, — крупный холеный детина в черном костюме от Армани и с массивными золотыми браслетами на запястьях. Агент Секретной службы молниеносным профессиональным движением обыскал его. «Не дай бог мне под такие руки попасть», — усмехнулся про себя Бугатти, напрочь забыв о странной тревоге своей юной спутницы.
Когда обыск закончился и агент отступил назад, Бад Кёртис сделал приглашающий жест. Человечек дернул за шнур, шторы разошлись, явив взорам присутствующих огромную картину размером как минимум пять на пять метров. На ней были изображены сенатор Янсен и его красавица-жена на фоне Белого дома. Ослепительно улыбающаяся пара стояла в окружении кричаще-ярких декораций: палящего солнца, цветущих деревьев и парящих в небе птиц — точь-в-точь как в старых фильмах Дугласа Сирка[26] или мультфильмах Уолта Диснея. Ничего более безвкусного Бугатти в своей жизни не видел.
Тысячи бездарных подражателей Нормана Роквелла[27] были посрамлены этим шедевром пошлости раз и навсегда.
Тем не менее собравшиеся дружно зааплодировали и начали протискиваться вперед, оттесняя невзрачного человечка в красном пиджаке к стене, чтобы не раздавить. Бугатти проводил его взглядом. Этот субъект выглядел крайне чужеродно и совершенно не вписывался в изысканное окружение.
В этот момент к полотну приблизилась Мими Тодд Янсен, чтобы рассмотреть его получше. Несмотря на всё ее врожденное чувство такта, было очевидно, что вкус у нее гораздо тоньше. Натянуто улыбнувшись, она перебросилась парой фраз с Кёртисом. Тот угодливо закивал, расплылся в улыбке и тут же попятился назад, мгновенно растворившись в толпе и скрывшись за боковой дверью. Сенатор Янсен взял бледную супругу под локоть, чтобы продолжить путь к залу заседаний, где должно было состояться интервью, как вдруг раздался крик.
Бугатти резко обернулся на звук. Перед глазами замелькало месиво из рук и тел: кто-то рвался к источнику шума, кто-то в панике отпрянул назад. В этой суматохе отчетливее всего Бугатти запомнил лицо Томаса Сандерленда. Тот застыл в неестественной, скрюченной позе с перекошенным от ужаса лицом; его воротник был порван, а подкладка кармана вывернута наизнанку — казалось, его только что сильно ударили. Самый крупный из телохранителей в черном яростно расталкивал людей, пытаясь прорваться вперед. И тут невзрачный человечек, только что сорвавший занавес с картины, сделал два быстрых шага навстречу Янсену и его жене. Раздался выстрел. Лишь в это мгновение Бугатти разглядел в его руке револьвер.
26
Дуглас Сирк (1897–1987) — немецко-американский кинорежиссер, классик голливудской мелодрамы 1950-х годов. Его картины славились искусственной, театральной эстетикой и невероятно сочной, ядовито-яркой, перенасыщенной цветовой палитрой.
27
Норман Роквелл (1894–1978) — великий американский художник и иллюстратор. Его культовые работы, изображавшие уютную, трогательную и слегка идеализированную повседневную жизнь простых американцев, стали неотъемлемой частью национальной культуры и породили бесчисленное множество подражателей.