Выбрать главу

В левобережной группе противник силой до шести полков с 4 до 16 часов 24 августа вел бой за Хуторское. При поддержке сильного ружейно-пулеметного и артиллерийского огня предпринял восемь атак и, понеся большие потери, отступил. 223-й полк 75-й бригады вышел по Уралу на рубеж Лбищенска. Остальные полки группы продвижения не имели[666].

Сахарная была взята, по возможности бригад для дальнейшего наступления были исчерпаны. Части дивизии и особенно 73-я бригада понесли большие потери. В некоторых ротах 217-го полка осталось по 8—12 человек. Потери в войсках в значительной степени были на совести командира 74-й бригады Зубарева, который не выполнил данный ему приказ, а действовал в отрыве, в результате чего не оказал поддержку 73-й бригаде и сам, встретив сопротивление противника, успеха не имел. Чапаев тут же отстранил Зубарева от командования бригадой и настаивал на предании его суду. Но осужден Зубарев не был, а получил назначение командиром 1-й бригады 50-й дивизии. Вместо Зубарева командиром 74-й бригады Чапаев назначил командира 219-го Домашкинского полка Сергея Васильевича Сокола.

С переходом к обороне 74-я бригада заняла позиции в трех километрах южнее Сахарной фронтом на юг. 1-я бригада 50-й дивизии, примкнув к ней левым флангом, развернулась фронтом на юго-запад и запад. 73-я бригада, выведенная в резерв к хутору Каршинскому, одним полком заняла позицию также фронтом на запад. От Каршинского до Сахарной по левой стороне Урала была организована конная разведка.

Левобережная группа продолжала наступление, тесня противника в глухие степи, но вследствие задержки 75-й бригады в I армии и запоздалого ее перехода в наступление отставала от правобережной до ста километров. Ее отставание ставило под угрозу удара казаков тыл правобережной группы. Кроме того, противник сосредоточил за Уралом войска, и левобережная группа оказалась не в состоянии овладеть Джамбейтинской Ставкой, чтобы выйти на уровень правобережной группы. Это вынудило Чапаева перебросить часть сил восточнее Урала из перешедшей к обороне правобережной группы для удара во фланг и тыл противнику на Джамбейты. В связи с этим 25 августа им был отдан приказ, которым его войска разбивались на три группы: первая — правофланговая группа, под командованием командира 73-й бригады, в составе 73-й бригады, без 218-го полка, 74-й бригады и 1-й бригады 50-й дивизии; вторая (средняя) — под командованием командира 218-го полка И. К. Бубенца в составе 218-го, 223-го стрелковых полков, кавалерийского полка дивизии и Кубанского кавалерийского дивизиона; третья — левофланговая группа, под командованием командира 75-й бригады, в составе 75-й бригады, без 223-го полка, и 2-й бригады 47-й дивизии.

Первой, правофланговой, группе приказывалось прочно закрепиться в районе форпостов Сахарная, Каршинский, Мергеневский; вырыть окопы полного профиля с траверсами; построить мост через Урал и вести разведку на флангах.

Командиру второй группы, переправив 27–29 августа 218-й стрелковый, 25-й кавалерийский полки и Кубанский кавдивизион на Бухарскую сторону в районе Мергеневского, установить связь с 223-м полком, находившимся против Лбищенска на восточной стороне Урала, и не позже 2 сентября выйти на линию Вишневый Ильмень, урочище Тайла, Бунс-Кундук и Тарджиманский (на южном берегу оз. Челкар).

Третьей, левофланговой, группе, действовавшей северо-восточнее оз. Челкар, к 2 сентября выйти на рубеж Мунашевский, Донгалюк, Тленкеевский, Томусайский, держа связь со второй группой и с 3-й бригадой 47-й дивизии I армии.

Разграничительная линия с I армией — река Утва, озеро Соркуль[667].

Фронт, на котором действовали войска Чапаева, достигал 250 километров, промежутки между группами достигали 80—100 километров. Технических средств, обеспечивавших связь между ними, не было. Самолеты не использовались из-за отсутствия горючего. Присланная для них авиасмесь оказалась негодной[668]. Резервов в распоряжении Чапаева не оставалось. Противник мог проникать в тыл большими силами.

Чапаев, ярый противник распыления войск, теперь находился именно в таком положении, поставлен был в такие условия. Месяц назад, докладывая командарму о положении дивизии после освобождения Уральска и в частности о 75-й бригаде, добиваясь ее возвращения из I армии, он писал: «Такой участок для одной бригады охранять невозможно. Распыленная по одной роте, она не в силах охранять данный участок. Части могут быть легко разбиты противником, а поддержка ниоткуда не придет… Согласно уставу, в корне преследуется распыление частей, и считаю строго недопустимым в дальнейшем такое положение…»[669].

вернуться

666

Там же, л. 225–227; Н. М. Хлебников и др. Указ. соч., с. 208.

вернуться

667

ЦГАСА, ф. 1312, оп. 1, д. 87, л. 192.

вернуться

668

Там же, д. 96, л. 11.

вернуться

669

Н. М. Хлебников и др. Указ. соч., с. 197.