Мужчины выпили.
– Я предполагал, что в этом деле задействована полиция, – сказал, наконец, Марлоу. – Я так подумал после странной смерти Вильчека. Это дело с подвохом. Он явно на совести фараона. И вам ничего лучше не пришло в голову, как нервировать «Беролину».
– Я все еще исхожу из того, что там была перестрелка.
– Чепуха. Святой Йозеф был уничтожен. Вероятно, своим заказчиком. Вольтером!
Рат смолчал. Пусть доктор М. остается при этом мнении.
– Но то, что это был именно сотрудник полиции нравов, меня удивляет, – продолжал Марлоу. – Зачем ему золото? Открыть бордель? Размером с Рейхстаг? – Он раздавил в пепельнице сигару. – Здесь все же речь идет о политике. И о торговле оружием. Как человек из полиции нравов может выйти на оружие?
«Через своего фронтового товарища Руди Шеера», – подумал комиссар. Шеер руководил арсеналом Берлинской полиции. Там было достаточно возможностей закупать оружия больше, чем нужно, и направлять по сомнительным каналам. Возможно, даже присвоить то или иное оружие из фондов полиции. Может быть, поэтому инспекция А приставила Йенике к Вольтеру? Тогда Руди Шеер, вероятно, также находился под наблюдением. Но Йенике провалился, и Вольтер наверняка давно уже предостерег своего старого приятеля. Так что оба теперь не давали повода инспекции А для наездов. И потом, все еще существовала связь с рейхсвером, в частности, с генерал-майором Зеегерсом, который был так хорошо информирован о золоте Сорокина. Бруно Вольтер, черт подери, имел прекрасные возможности для торговли оружием! В том числе и в качестве сотрудника полиции нравов.
Но все это не касалось Марлоу, так что Рат решил метнуть дымовую бомбу.
– Возможно, речь вовсе и не идет об оружии.
– Нет, именно об оружии, исходите из этого! Кардаков хотел купить на эти деньги оружие, и кто-то этому помешал. Но это была всего лишь первая часть плана. Вторая называется: самому выйти на золото и оснастить на эти средства свои собственные отряды. Это относится как к людям Сталина, так и к членам «Черной сотни»[38]. Я только задаюсь вопросом: зачем все это сотруднику полиции нравов?
– К людям Сталина?
– Вспомните историю о пропавшем сотруднике советского посольства, которая всю прошлую неделю мелькала в газетах.
Рат помнил. Советское посольство на Унтер-ден-Линден подало ноту протеста президенту Германии. Предполагалось, что к делу причастны контрреволюционные силы. Это было типично для Советов: при первой возможности сразу подключать идеологию по полной программе. Цёргибель отказался придать этому делу статус приоритета перед другими делами о пропавших без вести.
– Тот мужчина был чекистом, тайным агентом Советов, – продолжал Марлоу. – Он хотел спасти золото для отечества. Но все закончилось неудачей.
– Закончилось?
– Я боюсь, он больше не увидит матушку Россию.
– Вы?.. Я имею в виду, ваши люди?..
– Нет. Дело в сокровищах. Конкуренты взялись за него. Я знаю только, что он проиграл, как и его помощники из местного «Рот фронта». Люди Тельмана стали угодничать перед Сталиным. Теперь они имеют от этого свой куш. Хорошо, что они больше не вмешиваются в наши дела.
– А «Красная крепость»? – спросил Рат.
– Что?
– Вы еще работаете на общество Кардакова или они тоже вмешиваются в ваши дела?
– Я ни на кого не работаю. У меня было деловое соглашение с Алексеем Кардаковым, но его больше нет. – Марлоу отпил виски. – Но, мне кажется, я вам уже достаточно рассказал. Сейчас опять ваша очередь.
– Я могу вам назвать еще два имени. – Гереон выиграл время, раздавливая окурок, чтобы еще немного заставить Иоганна понервничать. – Виталий Зеленский и Никита Фалин.
– Опять русские? Кто они?
– Два отпетых подонка, которые раньше работали в царской охранке. Они вчера инсценировали шоу с трупом Кардакова. И если они бросили его в могилу, то очень вероятно, что они его и убили, и…
– «Черная сотня»! – вырвалось у доктора М.
– Что? – Опять это название! Рат никогда его раньше не слышал.
– Вы об этом ничего не знаете? Неудивительно. – Марлоу засмеялся. – Я сам об этом узнал, только когда Алексей Кардаков пришел мне на подмогу. Нужно ведь быть в курсе дела, кто может помешать при таких действиях. А черносотенцев Кардаков боялся больше, чем чекистов Сталина.
– Возможно, на полном основании, если подумать о его теперешнем состоянии. Что это за общество?
– Монархические террористы, если угодно. Совершенно жуткие ублюдки. Скажем, нечто наподобие штурмовых отрядов в русском варианте. Вот только они, напротив, действуют, как кучка отважных бойскаутов. Кардаков знал, что они тоже гоняются за золотом.
38
Здесь и далее – фантазия автора на эту тему. Национал-монархические организации, объединяемые под таким названием, фактически прекратили свое сущестование еще до начала 20-х гг.