Мужчина оказался бывшим сотрудником Королевской канадской конной полиции, который сменил профессию и занялся распространением товаров и оборудования для морских путешествий. Девушка была американкой русского происхождения из Сан-Франциско, наследницей старинного аристократического рода. Ее предки эмигрировали из России после октября 1917 года. Оба владельца дачи состояли в секте.
Если верить Кемалю, они были связаны с молодым яппи, швейцарцем, который жил в Казахстане и имел контакты с членами местных мафиозных кланов. Мужчины, ехавшие в черном БМВ, принадлежали к основной ветви новосибирской мафии. Той самой, где числился Антон Горский.
Кемаль одарил Романенко лучезарной улыбкой, означавшей: я же говорил, эта маленькая история определенно стоит двадцать пять тысяч.
Полковник не проронил ни слова.
В его голове все осветилось, как пейзаж, застывший в ослепительной вспышке фотобомбы.
По словам Кемаля, в начале лета положение дел резко ухудшилось. В июне, когда из-за уйгурской заварушки в регионе стало жарко, его «американский приятель» чудом выжил после таинственного «несчастного случая»: грузовик едва не раздавил его и скрылся с места происшествия. У него оказались сломаны ключица и берцовая кость. Неделей позже русский детектив взлетел на воздух вместе со своим автомобилем, заминированным С-4.
С тех пор «американский приятель» жил под защитой клана Кемаля где-то в Европе.
Романенко вспомнил, что совсем недавно читал в новосибирской газете статейку о взрыве машины и гибели частного детектива. Тогда он счел это обычным криминальным происшествием, одним из многих. Теперь же оно заняло место в сложной череде событий, которые вели к нему самому, к Горскому и к девчонке Зорн.
В заключение Кемаль рассказал еще один любопытный факт — о том, что именно убедило его довериться Романенко.
Незадолго до гибели детектив признался приятелю Спитцнера, что с помощью одного репортера расколол какого-то рядового «счетовода» организации. Репортер занимался журналистскими расследованиями и брался за дела, связанные с организованной преступностью.
Через несколько дней после этого детектив погиб. А еще через месяц милиция какого-то маленького уральского городка обнаружила изуродованные тела Евгения Лысухартова, журналиста, занимавшегося расследованием самых громких и шокирующих преступлений, и Хасана Абжурданапова, на первый взгляд ничем не примечательного молодого бухгалтера из Бишкека. Оба они исчезли одновременно — на следующий день после покушения на жизнь детектива. Их подвергли чудовищным пыткам. Романенко прекрасно помнил, что об этом громком преступлении с начала недели писали на первых станицах всех газет.
Позже, развалившись на кровати в своей служебной квартире на территории посольства, полковник стал терпеливо восстанавливать ход событий.
Итак, постмилленаристская секта установила контакт с американским приятелем Спитцнера (назовем его «господин Нэйви»[72]), чтобы организовать перевозку каких-то людей с одного края Российской Федерации на другой, не нарушая действующее законодательство. Первая фаза операции в прошлом году прошла успешно. Но когда в феврале нынешнего года перевозки возобновились, что-то пошло не так. Самолет взорвался. Его сбили ракетой «Стингер». Десять членов секты погибли. Это происшествие насторожило следственные органы России. Тогда секта связалась с мафиозным кланом Горского. Она наверняка и раньше флиртовала с некоторыми членами этой ОПГ. Ведь нужно было задобрить парней из диспетчерской авиаслужбы и таможни, чтобы те закрыли глаза на странный полетный план «Фалькона», а также доставить наземным транспортом будущих авиапассажиров с Алтая в Казахстан. Горский взял под контроль всю логистику и обеспечение безопасности.
Но какая-то деталь все-таки ускользала от Романенко.
В руках сектантов оказался вирус. Психовирус, превращающий людей в шизиков. Совсем нетрудно догадаться, каким образом они могли его использовать.
Нет, вопрос, который никак не удавалось прояснить, заключался вот в чем: почему секте, чтобы заполучить штамм вируса-мутанта, пришлось отправлять во все эти челночные рейсы целую группу?
Романенко с досадой понял, что эта проблема связана с новыми технологиями, о которых он до сих пор не знал почти ничего.
Но при наличии капли логики и здравого смысла этот вопрос вписывался в общую картину.
Примерно за полгода господин Нэйви перевез более сотни пассажиров, группами по десять человек. Почему не всех сразу? Чтобы сделать поток клиентов менее заметным.