— Хочешь, чтобы я надела твой пиджак на голову? А бумажных пакетов у тебя не завалялось?
Он только что целовал ее, а теперь не хотел, чтобы их видели вместе?
— Не глупи, Констанс. Тебе очень идут черные волосы. И акцент у тебя просто умопомрачительный. Но нельзя, чтобы нас фотографировали вместе.
Хейвен сделала вид, будто не заметила, что он назвал ее Констанс, но от возмущения у нее всю кожу словно иголками кололо.
— Почему нельзя?
— Потому что я бы предпочел, чтобы за тобой пока не бегали папарацци. Вот увидишь: очень скоро ты даже не сможешь спокойно ванну принимать. К тому же я сомневаюсь, что твои нынешние родители будут в восторге от того, что ты слоняешься по Нью-Йорку с пресловутым разгильдяем. Или ты действительно хочешь, чтобы они обо всем прочли в «Access Hollywood»? [13]
— Нет, — призналась Хейвен.
Йейн усмехнулся. Хейвен надеялась, что он не слышит, как часто бьется ее сердце.
— Ясное дело, ты этого не хочешь, — сказал Йейн. — Кое-что не меняется никогда.
— Ладно, ты победил. Но как же я сяду в машину, если не буду видеть, куда иду?
— Позволь. — Йейн набросил пиджак на голову Хейвен и поднял ее на руки. — Постарайся обмякнуть. Все решат, что одна из моих подружек не дотянула до конца шоу.
Хейвен прижалась головой к груди Йейна и глубоко вдохнула. Его запах кружил ей голову. Она услышала, как скрипнула дверь. Потом защелкали затворы несколько десятков фотоаппаратов.
— Что случилось, Йейн? Ты ей чего-то нехорошего дал скушать? — послышался мужской голос.
— Она же не мертвая, а? — прокричал другой мужчина.
Хейвен в ответ вяло пошевелила ногами.
— Я просто провожаю даму домой, — спокойно сообщил Йейн папарацци. — Она слишком много выпила.
— А это которая? — прозвучал голос первого мужчины. — Девушка из «Секрета Виктории» или модель «Шанель»?
— Я похож на человека, который рассказывает о тех, с кем целуется?
Фотографы рассмеялись.
— Ладно. Можете не отвечать на этот вопрос. Доброй ночи, джентльмены.
Хейвен почувствовала, что ее укладывают на сиденье. Дверца хлопнула, и вдруг стало тихо.
— Теперь можно снять, — сказал ей Йейн, и Хейвен выглянула из-под пиджака. — Окна тонированы. Никто ничего не увидит. Даже водитель.
Десятки мужчин и женщин с фотокамерами прижимали лица к стеклам, пытаясь разглядеть тех, кто находился в салоне машины. Щеки и носы распластывались по стеклу, и казалось, что в окна заглядывают не люди, а какие-то чудища.
— Мьюс, [14]— сказал Йейн водителю и добавил: — И постарайся, чтобы за тобой не было «хвоста».
Машина, взвизгнув тормозами, сорвалась с места. Хейвен с волнением смотрела на Йейна, сидевшего в профиль к ней. Он показался ей озабоченным. Он сдвинул брови, на его глаза легла тень. Он крепко сжал губы — словно запечатал, чтобы не сболтнуть лишнее. Сейчас рядом с Хейвен сидел не легкомысленный плейбой. На миг Йейн Морроу стал похож на человека, на плечах которого лежала тяжелая ноша.
— Что случилось? — спросила Хейвен, вдруг резко осознав, что не знает ничего о том, кто сидит рядом с ней.
— Не обращай на меня внимания, — успокоил ее Йейн и взял за руку. — Просто я не ожидал, что найду тебя так скоро. Я намеревался сначала разделаться с рядом препятствий.
— Прости, — проговорила Хейвен, боясь спросить, какие препятствия он имеет в виду. — Вечно я делаю все не вовремя.
— Тебе не за что извиняться. Я ждал тебя всю жизнь.
Мрачность Йейна развеялась и сменилась знакомой улыбкой. В эту чуть кривоватую улыбку Констанс влюбилась с первого взгляда, как только увидела Этана на Пьяцца Навона в Риме. Его лицо изменилось, но все же у Хейвен не было никаких сомнений, что оно принадлежит ее возлюбленному. Никому бы не удалось совместить в выражении лица злорадство, осторожность и храбрость. «Это Этан», — убеждала себя Хейвен. От этой мысли у нее так закружилась голова, что она порадовалась тому, что сидит, а не стоит.
— Ты вправду меня ждал? — спросила она.
— Посмотрим, смогу ли я тебе это доказать. — Йейн легонько толкнул Хейвен к спинке бархатного сиденья и снова поцеловал ее. Его руки гладили ее шелковое платье, но Хейвен не просила его перестать. Все ее тело пылало огнем, а когда рука Йейна легла на ее обнаженное бедро, ей показалось, что она сейчас лишится чувств от блаженства.
13
Еженедельное издание программы развлекательных телепередач, включает статьи о знаменитостях и интервью с ними.