Тогда как местные стражники все были шести футов ростом, и даже матушка признала, что в своих красивых красно-голубых мундирах выглядят они очень впечатляюще. В Анк-Морпорке, впрочем, ей тоже доводилось видеть Городскую Стражу. Однако сам вид анк-морпоркских стражников прежде всего заставлял задуматься: неужели на город может напасть кто-нибудь хуже этих типов?
К вящему матушкиному удивлению, стоило ей вступить под арку ворот, как дорогу ей преградили две скрещенные пики.
– Не бойтесь так, ребята, мы на вас не нападем, – сказала матушка Ветровоск. Капрал отдал честь.
– Конечно, госпожа, – кивнул он. – Но нам велено не пускать всяких подозрительных личностей.
– Подозрительных? – переспросила нянюшка Ягг. – А что ж в нас такого подозрительного?
Капрал сглотнул. Встретиться взглядом с матушкой Ветровоск было испытанием не из легких.
– Ну, – выдавил он, – понимаете, вы как бы… слегка неопрятно выглядите.
Наступила звенящая тишина. Матушка втянула в себя воздух.
– Просто мы немножко заблудились и случайно забрели на болото, – поспешно вмешалась Маграт.
– Впрочем, подождите, я уверен, все будет в порядке, – пробормотал несчастный капрал, заметно оседая под матушкиным взором. – Скоро подойдет капитан. Понимаете, ежели пускать в город кого попало, то ничего, кроме неприятностей, не жди. Вы даже не поверите, какие типы пытаются пролезть к нам в город.
– Уж конечно, кого попало пускать не с руки, – согласилась нянюшка Ягг. – Вы в самом деле смотрите, кого попало не пускайте. Скажу больше, мы бы и сами не пошли в такой город, в который пускают кого ни попадя, правда, Эсме?
Маграт пнула ее в лодыжку.
– Хорошо, что мы не кто попало, – заключила нянюшка.
– В чем дело, капрал?
Капитан стражников появился из двери караулки и подошел к ведьмам.
– Эти… дамы хотят пройти, сэр, – отрапортовал капрал.
– И?
– Они немного… ну, понимаете, не стопроцентно чистые, – промямлил капрал, ежась под матушкиным взглядом. – А у одной из них растрепаны волосы…
– И что с того?! – огрызнулась Маграт.
– …А еще одна, похоже, имеет привычку сквернословить.
– Чего? – возмутилась нянюшка, улыбка которой мгновенно растаяла. – Вот засранец, ну я тебе сейчас надеру задницу!
– Но, капрал, ведь при них метлы, – заметил капитан. – А служанкам-уборщицам трудновато всегда выглядеть опрятно.
– Служанкам? – сказала матушка.
– Не сомневаюсь, что им самим не терпится привести себя в порядок, – продолжал капитан.
– Ну уж извините… – нахмурилась матушка, в словах которой прозвучали почти такие же нотки, как в командах «Взять!» и «Убить!». – Я, конечно, извиняюсь, но разве эта моя остроконечная шляпа ни о чем тебе не говорит?
Солдаты вежливо изучили ее шляпу.
– А о чем она должна мне говорить? – наконец спросил капитан.
– Она означает, что мы…
– Если вам все равно, то мы, пожалуй, просто проскочим, и дело с концом, – перебила ее нянюшка Ягг. – Нам еще убирать и убирать.
Она помахала своей метлой.
– Следуйте за мной, дамы. Они с Маграт крепко подхватили матушку под руки и поспешно протащили под аркой, пока не сработал ее запал. Матушка Ветровоск всегда придерживалась мнения, что сначала нужно досчитать до десяти, а уж только потом выходить из себя. Никто не знал, зачем ей это было нужно, поскольку таким образом давление лишь нарастало и последующий взрыв причинял много больше ущерба.
Ведьмы не останавливались до тех пор, пока ворота не остались далеко позади.
– Слушай, Эсме, – примирительно произнесла нянюшка, – не стоит принимать это на свой счет. Согласись, мы и в самом деле слегка запачкались. Они просто делают свое дело, и все. Верно ведь?
– Они обошлись с нами так, как будто мы обыкновенные люди, – потрясенно заявила матушка.
– Так это ж заграница, матушка, – встряла Маграт. – Кроме того, ты сама рассказывала, что люди на корабле тоже не узнали твою шляпу.
– Но тогда мне это было ни к чему, – ответствовала матушка. – А здесь совсем другое дело…
– Просто произошло дурацкое недоразумение, вот и все, – сказала Маграт. – Матушка, они ведь глупые солдафоны. Что с них взять, если они в упор не узнают свободной формы прическу?
Нянюшка огляделась. Мимо них почти в полной тишине сновало множество людей.
– И ты должна согласиться, что это премиленький чистенький город, – промолвила нянюшка.
Они окинули взглядом окрестности.
Более чистого города они и вправду еще не видели. Даже булыжники, которыми была вымощена улица, казались отполированными.
– На мостовой хоть чай пей, – заметила нянюшка, когда они двинулись дальше.
– Тебе это будет не впервой, – хмыкнула матушка.
– Да, обычно я спокойно отношусь ко всяким там условностям. Но смотрите, сточные канавы и те вычищены. Ни единой кучки рыжего[18] не видно.
– Гита!
– Так ты же сама рассказывала, что в Анк-Морпорке…
– То совсем другое дело!
– С ума сойти, какая чистота, – сказала Маграт. – Так и хочется помыть сандалии.
– Что верно, то верно. – Нянюшка Ягг, прищурившись, оглядела улицу. – Этот город порождает желание стать лучше, чем ты есть на самом деле.
– О чем вы там шепчетесь? – спросила матушка.
Она проследила за их взглядами. На пересечении улиц стоял стражник. Увидев, что три дамы уставились на него, стражник коснулся шлема и улыбнулся.
– Даже стражники вежливые, – удивилась Маграт.
– Да и много их как… – покачала головой матушка.
– И правда удивительно. Зачем в городе, где люди такие тихие да опрятные, столько стражников? – поинтересовалась Маграт.
– Может, чтобы распространять повсюду такую благодать, требуется целая толпа народу? – предположила нянюшка Ягг.
Ведьмы продолжили свой путь по запруженным улицам.
– Какие симпатичные домики, – оглянулась по сторонам Маграт. – Все такие старинные и живописные.
Матушка Ветровоск, живущая в хибарке, старинней которой могла бы быть только глыба метаморфической породы, благоразумно промолчала.
Ноги нянюшки Ягг начали выражать недовольство.
– Наверное, стоит позаботиться о пристанище на ночь, – предложила она. – А девушку можем поискать и утром. Нам всем не помешает хорошенько выспаться.
18
Ланкрский король Гобно Рыжий считался монархом крайне неприятным и вошел в историю только благодаря созвучию его имени с известным крайне неблаговонным продуктом.