Выбрать главу

Финикийские мореплаватели отправились в плавание и вернулись три года спустя, проделав весь этот путь. По крайней мере так повествует Геродот, посетивший Египет спустя полтора века. Данные, которые он приводит об этом неслыханном путешествии в 13 тысяч миль, кратки, точны и невероятны. Каждую осень финикийцы высаживались на африканский берег, обрабатывали землю, сеяли зерно и ждали, пока не созреет урожай. Собрав урожай, вновь уходили в море. Поэтому путешествие было столь продолжительным. Вот уже 2400 лет эрудиты обсуждают достоверность этого подвига. Как ни удивительно, античные авторы верили в его подлинность меньше, чем авторы современные.

470 год до нашей эры. Персидский царь Ксеркс внимательно слушает рассказ одного из членов своей семьи по имени Сатасп.

– Отправившись из Александрии шесть месяцев назад, я миновал Геракловы столпы и пошел вдоль африканского побережья (рассказчик использует слова «ливийское побережье») на юг. Я видел страну, населенную низкорослыми людьми, чьи одежды составляли только пальмовые листья. Каждый раз, когда мы приставали к берегу, они убегали. Мы посещали их опустевшие селения, но ничего там не брали, кроме пищи. А потом мое судно село на мель и не смогло двигаться дальше.

Ксеркс знает, что Сатасп отправился в путешествие во искупление тяжкой вины, ибо он «оскорбил насилием» девушку знатного рода. Подозрительный тип, считает царь и долго расспрашивает его в присутствии магов и астрологов. Тот сбивается, противоречит себе. Ксеркс обращается к начальнику стражи:

– Увести его. Распять на кресте!

450 год до нашей эры (примерно). Карфагенский мореплаватель Ганнон пишет на пуническом языке рассказ о совершенном им путешествии. Этот текст высечен на стенах храма Ваала. Нам он известен по греческому переводу: «Скитания Ганнона». Увлекательный и озадачивающий отчет, который полон точных подробностей, убедительных и легко проверяемых, и умолчаний, темных мест и очевидной лжи. Ясно одно: Ганнон, как множество древних мореплавателей, сознательно запутывал след, чтобы конкуренты не могли повторить его путь. Но можно утверждать с высокой степенью точности, что он добрался до Камеруна. Близятся времена исторической правды.

315 год до нашей эры. Пифей, греческий мореплаватель и географ, родившийся в Мессалии (современный Марсель), вернулся из путешествия по Атлантике, которое описал в трактате «Об океане». Это произведение до нас не дошло, но античные географы и историки достаточно много говорили о нем, чтобы мы могли воссоздать примерный маршрут Пифея: Марсель, Барселона, Кадис, Лисабон, Ла-Корунья, Уэссан, мыс Лендс-Энд, остров Уайт, Шетландские острова. Наконец, Туле – островная страна, до которой Пифей добрался за шесть суток беспрерывного плавания. Легенда о «таинственной Туле» пережила века. Сегодня ее местонахождение выяснено почти наверняка: Исландия. Гастон Брош, которому мы обязаны наиболее тщательным исследованием этой экспедиции, отбросил все аргументы, которые начиная с античных времен выдвигались против этой версии. Ссылки на описания, взятые из трактата «Об океане», вполне убедительны.

Вернувшись в Корнуай (современная Бретань), Пифей начинает обследование северного побережья Европы. Вероятно, он вошел в Балтийское море и добрался до устья Вислы. Наблюдения Пифея, серьезного исследователя и ученого, во многом способствовали развитию навигационной астрономии. Можно только пожалеть, что нельзя подробнее узнать об условиях, в каких он путешествовал! Прежде всего, на борту какого судна? Гастон Брош придумал его, взяв за основу две триеры (боевой весельный корабль длиной около 40 метров). Это правдоподобно, но не очевидно. Не хватает многих деталей, чтобы мы могли более живо представить себе этих отважных древних мореходов, которые бросили вызов Атлантическому океану. Тогда их подвиг волновал бы нас еще больше.

Все внезапно изменится с появлением на просторах океана людей, которые навсегда займут место самых бесстрашных мореплавателей. Это викинги. По счастливой случайности корабли викингов известны нам не только по рисункам. У нас есть их фотографии, и мы можем, если пожелаем, посмотреть на них и даже потрогать.

Примерно с тысячного года к берегам Западной Европы ежегодно подходили длинные суда с устрашающей скульптурой на носу, с которых высаживались жестокие, почти непобедимые воины. Жители побережья называли этих авантюристов норманнами, или северными людьми, потому что они приходили с севера. Сами чужестранцы именовали себя викингами. По мнению некоторых специалистов по этимологии, скандинавский корень слова викинг – vikja, «лавирование». Другие считают, что «викинг» берет начало от vik, что означает «залив» или «бухта». В любом случае оно происходит от морского термина.