Ничто не могло его убедить, он не желал возвращения на родину до тех пор, пока вице-король Неаполя, видя всеконечное его остервенение и упорное закоснение, не заявил от имени цесаря, что в любом случае ему должно возвращаться, ибо император не сможет и не имеет права удерживать его долее: близка война с турками и королем Испании, готовящимся высадиться в Италии, и в этих условиях он не может вступать в конфликт и с Нами из-за беглеца.
Видя, какой оборот принимают дела, и страшась попасть к нам в руки насильно, в конце концов он уступил и объявил, как послал Нашим, так и вице-королю о своем к Нам возвращении.
О том же он написал и Нам, признав себя виновным и преступным сыном. Копия его послания опубликована будет ниже.
Так он вернулся сюда и при всех своих многолетних против Нас преступлениях, достойных смерти, заслужил от Нас отцовское сочувствие, нежность и прощение, избавившее его вообще от какого-либо наказания.
Однако, принимая во внимание низость его преступного поведения, описанного выше, по совести и чести не можем Мы оставить ему права наследования нашим престолом, предвидя, что своею властью он совершенно погубит славу народа Нашего и безопасность державы, которую Мы с таким трудом и Божьей милостью совершили.
Посему отцовской властью и властью государя, врученной мне Богом, имея в виду лишь благо Наших подданных, Мы лишаем вышеназванного Алексея за его проступки, преступления и измену права наследовать престол русский и назначаем наследником Нашим сына Петра, хотя и юного годами, но не имеющего себе соперника.
И да будет проклят сын Наш Алексей, если когда-нибудь пожелает претендовать на вышеуказанное наследство.
Желаем, чтобы отныне все верные подданные Наши, церковного и светского звания, всех областей Русской земли, волею государя признали себя подданными сына Нашего Петра, избранного Нашим наследником в соответствии с уложениями и уставами нынешними, и подтвердили это присягой пред Святым Алтарем, на святых Евангелиях и крестным целованием.
Пусть все, кто отныне выступит против воли Нашей, осмелившись взирать на сына Нашего Алексея как наследника царства, будут объявлены изменниками и супостатами Нашими и Отечества.
Повелеваем всюду публиковать и читать всенародно и громко эту грамоту, дабы никто не мог отныне ссылать на ее незнание.
Дано в Москве, третьего дня месяца февраля 1718 год от Рождества Господа Нашего Иисуса Христа.
Подписано Нами собственноручно и скреплено Нашею царской печатью
Копия письма, написанного рукою царевича
Всемилостивейший Государь и отец.
Получил я от господ Толстова и Румянцева все-милостивейшее письмо, которое Ваше Величество имело снисхождение мне написать для уведомления о том, что Вы прощаете мне преступление, в коем я действительно повинен, без позволения удалившись из нашего царства. Благодарю Вас со слезами на глазах и признаю себя совсем недостойным этого прощения, столь великодушно мне дарованного. Хотя я знаю, сколь тяжкого заслуживаю наказания, взываю к вашему милосердию и молю Ваше Величество забыть все мои грехи. Целиком вверяю себя Вашим всемилостивейшим обещаниям и уверениям и отправляюсь завтра же утром Вашей волей из Неаполя в Петербург с теми, кого вы ко мне послали.
Ничтожнейший и недостойный слуга Ваш, не заслуживающий имени сына, Алексей.
Неаполь, 4 октября 1717 года
Копия клятвы, произнесенной царевичем Алексеем Петровичем
Я, вышеназванный, обещаю перед святым Евангелием, что, совершив те преступления, о которых отец мой и государь объявил в своем манифесте, самого себя считаю недостойным права наследовать ему и исключаю себя из числа его наследников.
Я признаю справедливым это исключение, как вполне мною заслуженное, и обязываюсь и клянусь Богу Всемогущему и Триединому, как верховному судие, во всем подчиниться воле отца моего, никогда впредь не искать способа вновь стать его наследником, не претендовать на это и не давать своего согласия, буде то мне предложено.
Я признаю законным наследником и преемником брата моего царевича Петра Петровича, о чем целую Святой крест и подписываю настоящий отказ собственноручно.
Подписано рукою царевича — Алексей
Формула присяги подданных новому наследнику престола российского, которую должны были принести все граждане Русского государства
Обещаю и клянусь на Святых Евангелиях, что во всем признаю и держусь писем августейшего царя нашего и императора русского Петра Алексеевича, в коих ясно сказано, что сын его Алексей Петрович по справедливости объявлен виновным и лишен наследия своего — отеческого трона России, к которому призван другой сын Его Императорского Величества — Великий князь Петр Петрович, которому и клянусь и присягаю как единственному законному наследнику трона русского, ибо ему одному во всяком случае буду хранить верность и повиноваться, живота своего не жалея за него против тех, кто ему противустанет, никогда его не покинув.
Против царевича Алексея Петровича
Клянусь Святыми Евангелиями, никоим образом и ни в какое время не добиваться трона для вышеназванного царевича Алексея Петровича, ни посредством предложений и увещаний, ни думами, ни делами не способствовать и не помогать делу его восхождения на престол против воли царя Нашего и Императора Петра Алексеевича, в чем клянусь, приношу крестное целование и самолично подписываюсь.
Место действия — Испания.
Время действия — 60-е годы XIV века
Альфонсо XI[99], король Кастилии, имел от своей фаворитки доньи Элеоноры де Гусман шестерых сыновей[100] и двух дочерей. Изо всех детей, плодов незаконной любви, лишь дон Энрике был всего более мил сердцу отца, обещая вполне оправдать его надежды. Этот юноша был одним из самых учтивых и галантных кавалеров Испании. Был он небольшого роста, но вполне пропорционально сложен, а постоянные упражнения закалили его тело, лицо же указывало на природную доброту его сердца. Был он очень остроумен и с первого взгляда очаровывал всех. Храбрый, великодушный, очень добрый, он был дорог отцу и всему королевскому двору Кастилии. Король Альфонсо осыпал его милостями всякого рода, но продолжалось это недолго, ибо смерть его положила конец всеобщему благополучию. Альфонсо оставил корону дону Педро[101], единственному сыну, которого подарила ему королева Констанция. Новый король был прекрасно сложен, умен, отважен, но постепенно стало ясно, что его склонность к войне носит чрезмерный характер, а решительность зачастую переходит в открытую свирепость. Ему доставляет удовольствие проливать кровь, и он был искренне убежден, что таково законное право всех государей, дарованное им Богом. Несправедливый, подозрительный, алчный, он угнетал своих подданных, обращаясь с ними как с рабами. Зловещие наклонности с течением времени усиливались и росли также и под воздействием воспитания. Королева Констанция, видя себя совершенно изгнанной из сердца и постели своего супруга, вдохнула и в душу своего сына черную меланхолию, сжигавшую ее изнутри и постоянно возбуждавшую месть и ненависть в его сердце, и без того к этому весьма склонном.
98
Будущего короля Кастилии и Леона Энрике II (1354–1379 гг.), долгое время оспаривавший власть у Педро Жестокого.
100
Вот их имена: дон Педро, граф де Агилар; дон Санчо, граф де Ледесма; дон Энрике и дон Фадриго, близнецы; дон Фернандо, граф Альбукеркский; дон Телло. Имени принцесс я не знаю.
101
Педро Жестокий, король Кастилии и Леона (1334–1369 гг.), царств, с 1350 года.