Выбрать главу

Валентин изнемогал. Он подумал уже, что настал его конец, как вдруг почувствовал, что Антинагуэль уже не душит его. Он выкарабкался из-под тела индейца. Перед ним стоял Луи. Антинагуэль, пораженный кинжалом, плавал в крови. Помощь приспела вовремя.

Через два часа наши друзья в сопровождении пеонов, приведенных Луи и Курумилой, отправились в усадьбу де-ла-Палома, куда благополучно прибыли.

Двадцать шестая глава. РАЗЛУКА

Прошло около месяца со времени происшествий, описанных в предыдущих главах. В поместье де-ла-Палома, в небольшом леске из индейских смоковниц, ранним утром сидели друг подле друга два человека. Это были граф Луи и его молочный брат Валентин.

— Послушай, брат, — говорил Валентин, — эта жизнь в усадьбе, которую мы ведем уже около месяца, это ничегонеделанье утомляет меня. Пора покончить с этим. Сказать по правде, жизнь в пустыне, вечные переходы и опасности — все это подействовало на меня благотворно. Мне не сидится здесь, пустыня и леса манят меня. Только тогда я вздохну свободно, когда выйду отсюда и пойду куда глаза глядят. Я решил стать охотником и всю жизнь бродить в лесах и пустыне. А ты? Тебе, может быть, нравится жить здесь, в усадьбе?

— Твой план заманчив, — покачал головой Луи, — но я…

— Но ты не желаешь ему последовать? — улыбнулся Валентин. — Как знаешь. Что до меня, то я сегодня же прощусь с доном Тадео.

— Я отправлюсь с тобою, — сказал Луи. В это время раздался звонок.

В испано-американских землях каждое утро в восемь часов в усадьбе раздается звон, созывающий всех, до последнего пеона, на общий завтрак. Это час общего собрания, когда отдаются приказания, сообщаются различные вести. При первых звуках колокола дон Тадео вышел в залу и сел за стол. Донья Розарио встала подле него и приветствовала всех приходящих улыбкой или ласковым словом. Последними вошли французы. Дон Тадео пожал им руки и начал читать молитву. После завтрака все слуги разошлись. В комнате остались только хозяин с дочерью и два гостя. Подали мате27. Все молчали. Французы, видимо, хотели объясниться с доном Тадео насчет своего отъезда, но не знали, с чего начать. Наконец Валентин сказал:

— Ну, дон Тадео, какой ответ вы пошлете дону Грегорио?

— Очень простой. Я намерен навсегда отказаться от общественных дел и мирно поселиться в своей гасиенде. Я отказываюсь от президентства, которое он уступает мне, и остаюсь с моей дочерью.

— А когда вы пошлете этот ответ?

— Сегодня, письмо уже готово. Но почему вы так интересуетесь этим делом?

— По очень простой причине: мы загостились у вас, и вот представляется случай отправиться и вместе с тем отблагодарить вас за гостеприимство, — отвечал Валентин.

— И вы, дон Луис, также намерены оставить нас? — спросил дон Тадео.

— Да, — прошептал граф.

Донья Розарио быстро встала и вышла из комнаты.

— И скоро?

— Брат уже распорядился насчет лошадей, — отвечал Луи. — Курумила привел их сегодня перед завтраком. Мы думали отправиться сейчас же.

— Жаль, — печально отвечал дон Тадео.

— Поверьте, — продолжал граф, — мы никогда не забудем времени, проведенного с вами, того счастия…

— Это было счастье для меня, — перебил дон Тадео, — и я, сказать по правде, не вижу причины, почему вы хотите оставить нас.

— Это необходимо, — пробормотал Луи.

— Не понимаю. Быть может, я как-нибудь неумышленно оскорбил вас или мое общество тяготит вас, — с оттенком желчи сказал дон Тадео.

— Помилуйте! — вскричал Луи.

— А я думал иначе, — продолжал хозяин. — Я полагал, что вы оба останетесь навсегда моими гостями. Особенно я надеялся на вас, дон Луис, я думал, что Розарита…

В это время снова вошла донья Розарио. Ее появление решило судьбу Луи. Дело разъяснилось весьма скоро, намек дона Тадео помог в этом. Счастливый отец благословил свою дочь. Через месяц была назначена свадьба.

Валентин тоже был счастлив счастьем своего брата.

— Ну, — весело сказал он, поздравив жениха и невесту, — теперь мне одному придется ехать с письмом к дону Грегорио.

— О, вы не поедете, — ласково сказала донья Розарио. — Останьтесь с нами, Валентин. Мы вас не отпустим.

Письмо было отправлено с гонцом. Валентин остался, но ненадолго. Он говорил правду, что скучает в усадьбе. Леса и степи действительно манили его. При этом он чувствовал себя лишним в семействе дона Тадео. Однако он знал, что его не отпустят, и решил уехать тайком. Да и в самом деле, что ему делать в усадьбе? Луи, который был на его попечении вследствие завещания старого графа, теперь вполне устроен. И всю жизнь проживет припеваючи со своей молодою женою.

Валентин условился с Курумилой отправиться вместе. Как-то вечером он особенно тепло простился к графом и грустно вымолвил «прощай!». Граф не понимал, что это сталось с его молочным братом, отчего он так печален.

Наутро все объяснилось: Валентин и Курумила исчезли. Никто не знал, в котором часу и куда они поехали. Свадьба Луи была не так весела, как могла бы быть: недоставало Валентина.

Куда же исчез он? Где скитался, что делал? Читатели узнают об этом в следующем романе «Красный Кедр».