– Я тоже так считаю, – согласился посадник Миллина. – Поэтому постараюсь задержать отъезд княжеского посланника, но насколько, не знаю.
– Надо собрать купцов и поторопить их, – предложил Грин.
– Нет. Лучше действовать через посадников – меньше будет пересудов, – возразил Велемудр. – Мне все равно придется вас вскоре собирать. Позавчера ко мне заходил посадник Колобжега Моислав. На вече они приняли решение присоединиться к нашему торговому союзу.
– А зачем им это нужно? – удивился Стойнег. – У них и от продажи соли неплохие доходы, к чему еще куда-то ездить торговать.
– Зачем – не знаю, темнит что-то Моислав, – задумчиво признался посадник Миллина. – Он только пожаловался, что их купцов недавно побили и ограбили в землях квенов[71]. Хотя ему известно, что в подобных случаях мы редко прибегаем к ответным военным мерам.
Великокняжеский караван, отправляющийся в Хазарию, состоял из пятнадцати ладей сотников Драгана и Аскольда. В Миллине, когда их догружали товарами, к ним присоединились еще девять ладей руян, ободритов и хижан. Возглавлял варяжскую дружину посол Радмир, совмещавший обязанности воеводы.
Светослав сразу узнал княжича, которого в позапрошлом году сопровождал в Бардовик. Опасаясь мести франков за недавнее поражение от ободритов, Мстивой попросил Богомила выделить для племянника охрану из дружины Световита.
– А я все думаю, откуда мне твое лицо знакомо, – признался княжеский посол, когда после погрузки в Трузо янтаря ладейный старшина напомнил Радмиру об их знакомстве. – Значит, из витязей Световита в княжеские варяги.
– Так уж вышло, – развел руками юноша.
– Зато мы опять вместе. Помнишь, как в Бардовике ты проучил телохранителя графа Вихмана[72], неожиданно выбив из его руки меч? У меня так, сколько ни упражнялся, не получается.
– Кроме быстроты и точности ударов, важно еще уловить момент… – начал было объяснять Светослав.
– Давай в другой раз доскажешь, – перебив, попросил Радмир. – Нам пора отплывать.
Юноша не обиделся, потому что княжескому послу сейчас было явно не до его наставлений. Однако Светослав никак не ожидал, что следующий их разговор состоится только в устье Волхова[73], когда Радмир пересядет к нему в ладью, чтобы плыть в Ладогу.
– Мстивой просил навестить князя словен Гостомысла, – пояснил он старшине, после того как велел Драгану вести караван дальше. – Мы догоним их на Свири.
– Хорошо, Протша, поворачивай на Волхов! – велел Светослав.
«Слава богу, что хоть кормщик знает здешние места, – подумал юноша. – А то бы оплошал перед княжичем».
– А далеко тут до Ладоги? – поинтересовался Радмир.
– К вечеру будем, – ответил Протша, заметив растерянный вид ладейного старшины. – А может, и раньше, ветер с озера, сейчас поднимем парус…
– Хорошо бы побыстрее туда добраться, – заявил княжеский посол задумчиво. – Чтобы уже сегодня закончить все дела.
Кроме князя словен Гостомысла, ему еще предстояло повидаться в Любшинской крепости с варяжским воеводой Судиславом. После попытки словен захватить все волоки, ведущие на Волгу, отцу Мстивоя пришлось разместить по соседству с Ладогой варяжскую дружину.
Сама же Ладога к тому времени уже превратилась из удобного места для ремонта и строительства ладей[74] в большое поселение. Правда, постоянно в ней проживало не так много народа, зато летом ее население увеличивалось в несколько раз. Из-за опасных порогов выше по Волхову Ладога стала главным торжищем для чуди, кривичей и словен.
Оказавшийся впервые в Ладоге Светослав даже не подумал, что постоянных ее жителей едва наберется три сотни человек. Устье небольшой речки, где на мысу располагался многолюдный торг, все было заставлено ладьями и лодками. Поэтому ему пришлось высаживать Радмира прямо на берег выше по Волхову.
Когда княжеский посол в сопровождении двух выделенных ему варягов скрылся из виду, старшина разрешил и всем остальным сойти на берег размять ноги.
– Только далеко не отходить, – приказал он, попросив Протшу накормить людей и присмотреть за ними. – Пойду схожу на здешнее торжище, а то когда еще сюда попаду.
Поднявшись по крутому склону наверх, Светослав осмотрелся. Слева вдоль Волхова виднелись редкие жилые дома, справа застроенный уже плотнее берег постепенно опускался к мысу, где располагался торг. Туда юноша и направился.
Еще с детства Светослав полюбил бродить рядами с разнообразными товарами, где можно было увидеть самые диковинные вещи. Конечно, местный рынок был скуднее даже его родного арсиборского, но и здесь нашлось на что посмотреть. Особенно поразило юношу обилие и дешевизна прекрасных мехов.
71
Из скандинавских саг известно, что они проживали на северных берегах Ботнического залива.
72
Основоположником их династии являлся его отец Биллунг, дядя Мстивоя и родной брат его отца Радегаста. Позже представители этого рода управляли маркой Биллунгов и впоследствии стали основателями новой династии саксонских королей.
73
По мнению ряда ученых, с VIII по XI век уровень воды в Ладожском озере постоянно уменьшался, освобождая плодородные земли. В связи с этим некоторые исследователи связывают название городка Ладоги и озера со славянской богиней весенней пахоты и сева Ладой (где окончание «га» с санскрита означает идущий).
74
Надо иметь в виду, что Ладожка – ближайшая к Любшинской крепости река, в низовья которой могли заходить ладьи. И мне совершенно непонятно, почему название славянского поселения пытаются толковать с помощью древнескандинавского или финского языков, не обращая внимания на значения русских слов с корнем «лад».