– А много воинов и не надо для набега на наши земли по берегам Понта.
Предположение тавулария заставило Ориха по-новому взглянуть на предстоящий судебный процесс. Тем более, хорошо зная квестора[132] Агафия, он понимал, что тот не станет задумываться о последствиях своего решения и вынесет варварам самый жесткий приговор.
– Возьмешься их защищать? – неожиданно поинтересовался эпарх у Симеона.
– Если возникнет такая необходимость, возьмусь, – немного замявшись, согласился тавуларий.
– Хорошо, я распоряжусь, чтобы асикрит оформил тебе разрешение на встречу с твоим руским приятелем, – заканчивая разговор, пообещал Ориха. – Приходи завтра с утра. А по поводу их защиты мы решим позже.
Эпарху оставалось только надеяться, что ему удастся убедить государственный совет – консисторий – смягчить приговор и отпустить не участвовавших в драке варваров домой. Наказание четырех сотен человек и конфискация всего их имущества могли на самом деле вызвать ответные действия русов.
В отсутствие василевса[133] Михаила III, воевавшего в то время с исмаилитами, совет возглавлял его дядя, доместик схол[134] и магистр Варда, который не без вмешательства логофета геникона Феофила потребовал строгого соблюдения ромейских законов. После чего он немного смягчил свои слова, предположив, что суд во всем разберется и не станет сурово наказывать не замешанных в мятеже русов.
– Тогда прошу назначить в помощь квестору еще кого-нибудь из патрикиев[135], – попросил Ориха. – Судить придется не наших подданных, и я не хочу отвечать за последствия вынесенного Агафием приговора.
– Ты ему не доверяешь? – спросил удивленно Варда.
– Доверяю, меня только смущает явная заинтересованность в этом деле нашего уважаемого логофета, его приятеля.
– Да просто эпарх испугался этих вшивых варваров, – съехидничал в ответ Феофил.
– Свою точку зрения я только что высказал и не стану повторяться. Напомню лишь, что земли франков уже на протяжении полувека страдают от набегов северных разбойников. Тех самых вшивых варваров, о которых упомянул логофет.
– Хорошо, я подумаю, кого из патрикиев назначить в помощь квестору, – пообещал эпарху магистр Варда. – А ты ускорь разбирательство и объявляй в розыск успевших где-то укрыться русов. Сколько их там?
– Мне докладывали, что недосчитались полтора десятка человек, – сообщил Ориха, подумав, что теперь суровость вынесенного приговора будет зависеть только от убедительности доводов Симеона.
Когда болгарский купеческий караван пересек границу Ромейской империи, Кудря наконец почувствовал себя в безопасности. Ему очень не хотелось покидать Константинополь, не выяснив судьбу арестованных товарищей, но Симеон настоял на безотлагательном отъезде.
Оказалось, эпарх предложил тавуларию защищать русов в суде и дальнейшее укрывательство беглеца стало очень опасным. Причем не только для Симеона, но и для товарищей Кудри. И рускому купцу ничего не оставалось, как девять дней назад присоединиться к возвращающемуся на родину болгарскому каравану.
– Теперь рассказывай, кто ты и что с тобой приключилось в Константинополе, – потребовал на первом же привале после границы кмет, или по-славянски старшина каравана, Тимотей. – Как мы с тобой договаривались.
Вначале он не хотел брать с собой незнакомца даже за предложенную тем номизму. Только после того, как Кудря увеличил сумму до трех золотых монет, кмет согласился, и то с условием, что в Болгарии тот все о себе расскажет. Между ромеями и болгарами шли постоянные войны, и каждая из сторон засылала к соседям своих шпионов.
– Да не беспокойся, я не соглядатай, – заверил его купец. – Слышал, наверное, что случилось с русами в Константинополе? Так вот я один из них и пробираюсь к себе на родину.
– Допустим, и как ты рассчитываешь туда добраться? – спросил недоверчиво болгарин.
– Ваши купцы ведь бывают в Моравии. Присоединюсь к ним, а там уже и до дома недалеко.
– Наши торговцы на самом деле ездят в Моравию, но отправляются туда обычно по весне, – заметил Тимотей. – Так что сомневаюсь, что ты сейчас найдешь себе попутчиков.
Его заявление сильно огорчило Кудрю. Но тут же оправившись от неприятной новости, он стал расспрашивать болгарина, как ему быстрее добраться до границы с Моравией. Сын Неговита решил, что в крайнем случае купит коня и отправится туда в одиночку.
– Проще всего двигаться по Дунаю одним из его берегов, – посоветовал кмет, в конце концов поверив ему. Перед самым отъездом из Константинополя болгар предупредили о розыске руских беглецов и награде за их выдачу по три золотых. – Путь не самый короткий, зато не заблудишься. Но ехать одному я бы тебе не советовал. Опасно.
134
Верховный главнокомандующий армии. В описываемое время было уже два доместика схол – Востока и Запада.
135
Один из титулов в Византии, дающий право заседать в синклите, высшем совете столичной знати.