– А я хочу вместо этого предложить тебе службу здесь. Мстивой назначил меня тут наместником, и мне нужен во главе княжеской дружины надежный человек.
За поездку в Хазарию Светослав окончательно понял, что торговля ему не по душе. А служа в варяжской дружине, ею все равно приходилось заниматься, чтобы твои подчиненные не были в обиде. Так что предложение бывшего начальника сразу понравилось юноше.
– Только поначалу я могу предложить тебя лишь должность пятидесятника, – уточнил полабский княжич. – Но, несмотря на это, ты будешь командовать всей дружиной. Их сотник – престарелый воин, который даже на службе появляться не будет.
– Давай попробуем, – согласился Светослав, повеселев. – Все равно до весны я свободен.
Для сопровождения руского купца Айдар выделил десяток конных воинов, которые проводили его до границы с Моравией. А на следующий день Кудря уже оказался в Нитре, бывшей столице одноименного княжества. Там беглец почти сразу присоединился к купеческому каравану, направляющемуся в Краков, столицу племени вислян.
К тому времени Моравская держава уже подчинила соседние славянские племена, благодаря чему сумела отстоять свою независимость в недавней войне с франками. Однако моравский князь Ростислав понимал, что король Людовик Немецкий просто так не успокоится, поэтому постоянно укреплял границы, строя крепости и ища новых союзников.
Дорога в Краков проходила через перевал Моравские Ворота, недалеко от которого находился исток Одра. Простившись на берегу этой еще совсем маленькой здесь речки с нитрянскими купцами, Кудря добрался ее берегами до городка Ратибора. Там он договорился со сплавщиками леса, что те доставят его до Цвинской протоки. Кроме самих бревен для строительства ладей в Юме, они еще везли на плотах свинец[143], добываемый в здешних горах.
Лишь в конце осени плоты оказались в низовьях Одра. Медлительность плавания уже давно стала раздражать Кудрю, и как только подвернулся случай, он без сожаления об уплаченных плотовщикам деньгах пересел на купеческую ладью, направляющуюся в Миллин.
В родном городе беглец оказался на закате солнца, а к своему дому подошел уже в сумерках. Его неожиданное появление обрадовало отца, который уже начал беспокоиться из-за задержки константинопольского каравана. Обычно оттуда руские ладьи возвращались в начале осени, хотя бывали и опоздания.
– Ты чего такой замученный, словно целый день веслом ворочал, – пошутил Неговит, обнимая сына. – Проходи, садись к столу, а я сейчас распоряжусь, чтобы принесли чего-нибудь поесть и затопили баню. А товары можно и завтра разгрузить. Надеюсь, Креслав выставил там охрану?
– Нету товаров. И Креслава тоже нет, – устало признался Кудря. – Один я оттуда выбрался.
– Как это нет? – удивился старый купец. – И откуда ты выбрался?
И Кудре пришлось подробно рассказать, что случилось с ними в Константинополе. И чем дольше он говорил, тем тревожнее и мрачнее становилось лицо Неговита. Беспокойство купца объяснялось не только потерей своих товаров, а еще и непонятными последствиями ареста руских варягов и купцов.
– Ты точно уверен, что всех их осудят, а товары и ладьи отберут? – строго переспросил он сына, когда тот закончил свой рассказ.
– Так мне объяснил знакомый Креслава Симеон и позже подтвердили болгары. Неповиновение властям у ромеев карается смертной казнью или работами на рудниках с изъятием товара для возмещения ущерба пострадавшим и государству.
– Все-таки жаль, что ты не дождался приговора суда.
– Меня уже разыскивали, и я не мог там дальше оставаться.
– Ладно, главное, что живым вернулся, – горестно согласился Неговит. – Пойду скажу, чтобы тебя накормили и истопили баню. Отдыхай, а завтра будем разбираться.
Отдав необходимые распоряжения ключнице, которая вела его домашнее хозяйство, так как Неговит уже давно овдовел, он решил, что ему все же следует, не откладывая, сообщить о случившемся Велемудру. Дом посадника Миллина находился на соседней улице, так что, несмотря на ночь и темноту, Неговит уже через четверть часа стучался в его дверь.
– Хватить барабанить! – раздался вскоре окрик привратника. – Кого еще нелегкая принесла? – поинтересовался он, подойдя к двери и, услышав голос знакомого купца, сразу откинул щеколду. – Хозяин, наверное, уже лег спать. Так что, будить?
– Буди, дело важное, – подтвердил ночной гость.
А еще через полчаса, закончив короткий рассказ об аресте русов в Константинополе, Неговит пытался понять по лицу главы купеческого товарищества, как тот воспринял принесенную им новость. Но при тусклом свете восковых свечей уловить изменения на лице посадника у него не получилось.
143
Любопытно, что арабские источники упоминают о торговле русов свинцом. Причем в большинстве славянских языков этот металл имеет другое название. А под именем «свинец» он известен только в русском, белорусском и украинском языках, а также литовском и латышском.