А экипажи XVIII века, кареты и коляски — парадные, дорожные, выездные, дормезы для долгих путешествий “на своих”, по-своему комфортабельные, устроенные со всевозможными остроумными приспособлениями, — раскрывают частицу той жизни небыстрых темпов, когда переезды составляли не минуты и часы, а дни, недели и месяцы.
После этих впечатлений трафаретными кажутся парадные комнаты Архангельского дворца. И это несмотря на то, что прав был автор оды “К вельможе”, перечисляя художественные сокровища кн. Н.Б. Юсупова[34]; и действительно, до сих пор в обстановку вкраплены ценные произведения искусства, вошедшие и в скупые описания дворца, печатавшиеся в журналах и путеводителях, поразившие когда-то посетившего дворец молодого Герцена. В Архангельском находятся плафон работы Тьеполо, панно и картины Клода Жозефа Верне и Гюбера Робера, двух почему-то очень распространенных в России художников, с которыми кн. Н.Б. Юсупов лично познакомился, сопровождая в заграничном путешествии Павла I и его жену, графа и графиню Северных[35]. В аристократической Вене запечатлел его (Юсупова. — Сост.) тогда знаменитый портретист и миниатюрист австрийского двора Фр.Фюгер в широкополой шляпе и плаще, открывающем кружевной "испанский" воротник несколько фантастического покроя. Художник в живом повороте лица и фигуры, в условных облаках фона предвосхищает здесь, подобно своим английским собратьям, тот романтический стиль, которому суждено было развиться на переломе XVIII и XIX столетий. Верно, тогда же, во время поездок в чужие края, были приобретены как сувениры виды Венеции работы кого-то из перспективистов конца XVIII века и некоторые антики — бюст Нерона (?), вазы, неплохие копии с древних мраморов и, конечно, панно Гюбера Робера, чью мастерскую посещали, как видно из записок княгини Дашковой, представители высшего общества, в том числе Павел I с женой в обществе Н.Б. Юсупова.
Кое-кто из иностранных художников, живших в России, украсил также своими произведениями стены Архангельского дворца — громадное полотно Дойена висит в столовой; в гостиной же — портрет крепостной примадонны юсуповского театра, написанный де Куртмейлем, живописцем, возглавлявшим юсуповскую художественную школу. В особой угловой комнате около кабинета висят картины Ротари — все те же неизменно слащавые и жеманные головки, как в Петергофе и Ораниенбауме. В этой комнате оконные рамы в мелких переплетах и деревянная обшивка стен вместе с мебелью — креслами-корытцами красного дерева, такими типично “павловскими”, — переносят в подлинный восемнадцатый век. Эта же эпоха цельно отпечаталась в одной из "роберовских" комнат, где клетка посреди и птички в росписях стен указывают на ее характер вольера.
В "спальне герцогини Курляндской" колонны по версальской традиции делят комнату на две части; в глубине стояла здесь парадная кровать, оказавшаяся, однако, не подлинной, как и большинство мебели, за исключением зеркала и висящих рядом с ним бра. Голубое и серебро составляли красочное решение в убранстве этой комнаты, где на стенах висят портреты кн. Н.Б. Юсупова (типа Лампи) и его сестры Евдокии Борисовны[36], жены герцога Петра Бирона, работы Новикова. Большое количество портретов сосредоточено в соседней “императорской”, где собраны изображения царской семьи, в том числе превосходный медальон Рашетта, изображающий Екатерину II, а посреди комнаты стоит на постаменте модель памятника Павлу I работы Витали, украшающего дворы Гатчинского и Павловского дворцов. Задуманная меньше чем в натуральную величину, эта статуя на фоне архитектуры прекрасно передает фигуру императора-эстета, в треухе и ботфортах, с палкой в далеко отставленной руке, фигуру, не лишенную величественности в этой столь известной позе, заимствованной с портрета работы Щукина. Лучшим украшением "императорской" комнаты является портрет Елисаветы с арапчонком работы Гроота. Стилистически он необычайно цельно отражал эпоху рококо — и в фигуре императрицы в зеленом мундире, едущей верхом, и в изображении арапчонка-скорохода впереди, одетого в разноцветное платье нежных оттенков с развевающимися позади концами поясного шарфа. Эта группа — точно перенесенная в живопись статуэтка мейсенского фарфора. Переливчатое розово-голубое небо в фоне, светло-зеленые и розовые тона в тканях — все это дает также типичнейшую для рокайльного стиля красочную гамму. "Культ" Екатерины II, памятник которой работы Рашетma украшает парк флигеля, и здесь, в "паркетном зале", где два скульптурных медальона принадлежат тому же Рашетту и М.Калло, автору славного фальконетовского памятника Петру I.
34
Имеется в виду ода А.С.Пушкина "К вельможе" (1830), в которой идет речь об усадьбе "Архангельское" и ее владельце кн. Н.Б. Юсупове (1751—1831).
35
Имеется в виду поездка в Европу в 1782 г. наследника престола Павла Петровича и его жены Марии Федоровны под именем графов Северных.
36
Е.Б. Юсупова, сестра владельца Архангельского, была женой П.Бирона, сына Э.И. Бирона, герцога Курляндского. После ранней кончины своей жены Бирон прислал на память Н.Б. Юсупову ее парадную постель и мебель из спальни, которая и хранилась в Архангельском.