А схватка у высоты в районе села Албина была действительно очень тяжелой даже на фоне многих нелегких боев в Молдавии. Вырываясь из котла, гитлеровцы поздно вечером 25 августа начали атаковать 3-й батальон 1054-го стрелкового полка. На скатах высоты шел упорный бой, переходивший в рукопашную схватку. Подразделение с трудом удерживало позицию — гитлеровцев было в 4–5 раз больше! И вдруг натиск фашистов ослаб, в их рядах началось замешательство, а затем и паника. Оказалось, небольшая группа разведчиков, которую возглавил лейтенант Сеничкин, пользуясь темнотой, зашла противнику в тыл и дерзко его атаковала. Огнем автоматов и гранатами смельчаки уничтожили более полусотни гитлеровцев, а 37 захватили в плен. Внезапные и решительные действия группы ускорили уничтожение прорывавшихся из котла подразделений врага.
За мужество и доблесть в боях при освобождении Молдавии И. Ф. Сеничкин был награжден орденом Красной Звезды, а при освобождении Польши — орденом Красного Знамени.
Высокое звание коммуниста офицер достойно нес и в последующих боях на кюстринском плацдарме. 4 февраля в ходе атаки наши воины выбили врага из траншеи и уничтожили два узла сопротивления. Но, придя в себя и подтянув силы, гитлеровцы открыли мощный ответный огонь. Наши бойцы залегли. Исход боя решали минуты. Мгновенно приняв решение, Сеничкин первым поднялся и с возгласом «Вперед, орлы! За Родину, за партию!» ринулся в атаку. В такой трудный момент этого бывает достаточно. Солдаты подхватили призыв и с криком «Ура!» бросились за ним. Вскоре опорный пункт был взят. Однако комсоргу не удалось увидеть результаты атаки: осколком мины он был тяжело ранен — третий раз за войну. Когда боевые друзья уложили его на носилки, Сеничкин спросил:
— Овладели зданием?
Услышав утвердительный ответ и уже теряя сознание, он прошептал:
— Ребята, вперед, только вперед...
...Прошло много лет. Время тронуло сединой виски И. Ф. Сеничкина. Но фронтовой комсорг и сейчас в строю, трудится в Москве на ответственной партийной работе. Наряду с другими правительственными наградами есть у Ивана Филипповича и орден Отечественной войны II степени, которым он был отмечен за храбрость, проявленную в боях на Одере.
Обстановка на плацдарме складывалась для нас ,с каждым часом все тяжелее. Гитлеровцы вводили в бой свежие силы. Ожесточенные бои зачастую перерастали в рукопашные схватки. По врагу непрерывно вела огонь полковая, противотанковая и дивизионная артиллерия. Расчеты орудий стреляли прямой наводкой из засад, подвалов, брешей в кирпичных зданиях. Умело действовали и расчеты противотанковых ружей. Шла упорная борьба за удержание и расширение плацдарма. Гул танковых и самолетных моторов, грохот рвущихся снарядов и бомб, сухой треск автоматического оружия — все это не умолкало ни на минуту. Казалось, не только люди, но и земля не выдержат этой лавины огня и металла.
О сложности создавшейся ситуации дает представление телеграмма, которую получили 4 февраля Военный совет и командиры соединений 5-й ударной армии от командующего фронтом маршала Г. К. Жукова.
«На 5-ю ударную армию, — говорилось в ней, — возложена особо ответственная задача — удержать захваченный плацдарм на западном берегу р. Одер и расширить его хотя бы до 20 км по фронту и 10–12 км в глубину.
Я всех вас прошу понять историческую ответственность за выполнение порученной вам задачи и, рассказав своим людям об этом, потребовать от войск исключительной стойкости и доблести.
К сожалению, мы вам не можем помочь авиацией, так как аэродромы раскисли и взлететь самолеты в воздух не могут. Противник летает с берлинских аэродромов, имеющих бетонные полосы. Рекомендую:
1) зарываться глубоко в землю;
2) организовать массовый зенитный огонь;
3) перейти к ночным действиям, каждый раз атакуя с ограниченной целью;
4) днем отбивать атаки врага.
Пройдет 2–3 дня — противник выдохнется.
Желаю вам и руководимым вами войскам исторически важного успеха, который вы не только можете, но обязаны обеспечить.
Г. Жуков
4 февраля 1945 г.
04.30»[10].
Сразу после получения этой телеграммы генерал Н. Э. Берзарин, члены Военного совета, офицеры штаба и политотдела армии немедленно выехали на плацдарм.
Командиры и весь партийно-политический аппарат соединений и частей сделали так, чтобы об обращении — приказе командующего фронтом — стало сразу же известно всем бойцам и командирам. При этом особо подчеркивалось, что, поскольку из всех войск 1-го Белорусского фронта к тому времени захватили плацдарм лишь войска 5-й ударной, именно на них лежит особая ответственность за его удержание. Там, где это позволяла обстановка, прошли короткие делегатские собрания — партийные, комсомольские, красноармейские. Выступавшие воины торжественно клялись с честью, не жалея сил, выполнить свой священный воинский долг.