— За мной, товарищи!
Он увлек бойцов, те дружно поднялись и отразили атаку гитлеровцев.
А вернувшись на КП, майор В. К. Попов доложил мне, что наблюдатели заметили неподалеку, на железнодорожной ветке, состав цистерн.
— Возможно, в них бензин! — взволнованно говорил он. — Нужно что-то предпринять. Ведь это, когда тылы отстали, для нас сущая находка...
Тотчас же была дана команда окаймить этот район артиллерийским огнем, чтобы не допустить подрыва цистерн противником.
Захват состава с горючим — а это был действительно бензин! — был успешно осуществлен частями 9-го стрелкового корпуса. В боях участвовал и парторг В. К. Попов. За отвагу, проявленную на одерском плацдарме, он был удостоен ордена Отечественной войны I степени.
Вспоминается мне и лектор политотдела 32-го стрелкового корпуса майор Василий Никитич Ермуратский, и всегда таким, каким встретил я его в одной из землянок на одерском плацдарме. Коренастый, с густой копной черных волос, он сидел на табуретке за сколоченным из неструганых досок столом в окружении большой группы солдат и о чем-то им оживленно рассказывал.
Когда мы с командиром 295-й стрелковой дивизии генералом Александром Петровичем Дорофеевым и начальником политотдела соединения полковником Григорием Тимофеевичем Лукониным вошли в укрытие, Ермуратский подал команду «Встать!» и доложил, что проводит беседу. На столе лежала схема фашистского танка. Василий Никитич пояснил, что показывал бойцам уязвимые места, которые можно поразить связкой гранат или бутылкой с горючей смесью...
— Разбираются? Понимают, что к чему? — спросил командир дивизии.
— А как же? — живо ответил он. — Я же молдаванин, говорю с бойцами на их родном языке, так что взаимопонимание полное, особенно в главном — решимости людей отстоять и расширить плацдарм. Никто иначе и не мыслит...
В 32-й корпус прибыло большое пополнение из Молдавии. Многие из молодых красноармейцев совсем не знали русского языка, а офицеров-молдаван в корпусе было совсем мало. Как организовать с бойцами занятия по политической и боевой подготовке? Выход нашли такой. Командирами отделений, помощниками командиров взводов и старшинами рот назначили старослужащих молдаван и хорошо подготовленных новобранцев, уверенно владевших русским языком. На занятиях они выступали как переводчики, а потом, в свободное время, объясняли материал в индивидуальном порядке тем, кто его не усвоил. Трудностей в такой методике было немало, а главное, требовалось много времени. Чтобы быстрее ввести в строй пополнение, майор В. Н. Ермуратский стал проводить в полках занятия по боевой и политической подготовке с группами сержантов на молдавском языке.
Я поинтересовался биографией офицера. Оказалось, что он сын крестьянина, окончил Институт Красной Профессуры, с 1940 года работал в аппарате ЦК Компартии Молдавии, в первый день войны ушел на фронт, был комиссаром артдивизиона, агитатором полка и 295-й стрелковой дивизии.
В разговоре Василий Никитич сразу располагал к себе откровенностью, мягким юмором, спокойной рассудительностью.
Когда мы вышли из землянки, Луконин заметил:
— Жизнерадостный человек! Лекции читает — заслушаешься! А на досуге и спеть не прочь, и залихватски молдаванеску сплясать может. Да и храбрости майору не занимать. Не раз в критические минуты боя поднимал он людей в атаку, когда был в нашей дивизии[11]...
В период напряженного сражения на одерском плацдарме вся партийно-политическая работа была подчинена одной цели — обеспечить образцовое выполнение боевых задач, поставленных командованием фронта и армии. С первых же дней всюду слышались призывы: «Вперед, на врага!», «Ни шагу назад!», «Расширим плацдарм!» Этими вдохновляющими словами заканчивались решения партийных и комсомольских собраний, они звучали в беседах пропагандистов и агитаторов, во многих корреспонденциях армейской и дивизионной газет.
Большая работа проводилась в частях и в связи с обращениями Военных советов 1-го Белорусского фронта и 5-й ударной армии, которые призывали бойцов не только удержать плацдарм любой ценой, но и расширить его, а потом подготовиться и ринуться прямо на Берлин...
Обращения выпускались, как правило, отдельными листовками. Командиры подразделений, партийный и комсомольский актив, агитаторы заботились о том, чтобы с содержанием таких документов были ознакомлены все воины.
Из всего многообразия задач, которые решали в этот период политорганы, хотелось бы особо выделить две главные.
11
Василий Никитич Ермуратский стал впоследствии доктором философских наук, заведующим сектором философии Академии наук Молдавской ССР.