— Но что, если нам удастся уберечь от нее Книгу Странных Путей?
Харрал развел своими гротескными руками:
— Тогда она потерпит неудачу, хотя и в самый последний момент. Ты не спрашивал меня, как ей удается сейчас перемещаться из мира в мир.
— Ей показывают дорогу вир, конечно. Я, правда, не доверил бы им роль проводников войска, и, по-видимому, так же думает Моргана. Но они ее слушаются. Почему? — В его голосе прозвучала боль: Брандал не мог говорить иначе о предательстве. — Я никогда не считал, что они будут верны Перекрестку, и все же… В чем ее власть над ними?
Провидец не ответил.
— Ты не спросил меня о тех пришлых героях, что так занимали тебя в прошлый раз, — сказал он только.
— Я теперь знаю о них больше, — ответил Брандал угрюмо. — Они прекрасные люди, знающие и в основном добродетельные. Но не похоже, чтобы они могли спасти мир.
— Не похоже, вот как? — Харрал невесело улыбнулся. — Также не похоже, что они способны его предать. Король вытаращил на него глаза.
— Строго говоря, — продолжал Провидец, — это даже не было бы предательством, поскольку это не их мир.
— Ты не говорил, что они окажутся героями, — медленно произнес Брандал, — но ты не говорил также, что они злодеи. Но книги, по которым разрабатывает свои планы Моргана, написаны на их языке…
— И они так быстро приходят и уходят, как говорится в одной из их любимых книг. Король все еще пребывал в задумчивости.
— Ты ведь ничего не скажешь мне прямо…
— Прямота портит пророчество. Говорят, факт наблюдения за явлением изменяет его течение.
— То ли они герои, в которых мы так нуждаемся, то ли злодеи, которых нужно убить.
Харрал спросил с деланным изумлением:
— Ты мог бы приказать убить их?
Брандал долго не отвечал. Он сидел так неподвижно, что полуслепые рыбки в источнике успокоились и снова всплыли к поверхности. Когда он заговорил, его тихий голос был исполнен сожаления:
— Я намерен ждать до тех пор, пока свидетельства против них не окажутся неопровержимыми. Я хочу, чтобы генеральный инспектор, которого они не знают, понаблюдал за ними. Но я намерен приказать ему, в случае, если он сочтет их виновными, уничтожить их без всякой жалости.
Харрал кивнул:
— Да здравствует могучий король! Моргана научила тебя кое-чему в конце концов. — Многому, — горько признал Брандал. — Следует ли мне благодарить ее за это?
На этот раз Харрал промолчал. Брандал поднялся и снова распугал рыбок, направившись к лестнице наверх.
Глава 16
Бидж была обеспокоена: чем занять Стефана в Кендрике? Как развлекать кого-то, кто всю жизнь общался с сатирами, единорогами, огромными котятами? Но оказалось, что тревожиться было глупо. Ответы на все вопросы появились сами собой: так восторженно реагировал Стефан на все, что видел из окна автомобиля — банкоматы, шестиэтажное общежитие, самолет в небе.
Университетская библиотека повергла его в благоговейное изумление. Он никогда не видел такого количества книг, собранных в одном месте. Стефан стоял перед полками разинув рот, не зная, чем интересоваться в первую очередь. Бидж показала ему некоторые публикации о Перекрестке, постаравшись не привлекать внимание к пессимистической статье, где речь шла о хрупкости его мира. Стефан несколько минут просматривал их, потом с сожалением вернул:
— Мне очень жаль — я ничего не могу тут понять.
— Я тоже, — откликнулась Бидж. Стефан вежливо улыбнулся, явно не поверив ей.
Бидж остановилась в отделе библиографии, увидев за столом знакомую фигуру.
— Миссис Собелл?
Миниатюрная библиотекарь встала и подошла к ним, улыбаясь. Она как будто не узнала Стефана, Бидж подумала, что, может быть, она никогда и не бывала на Перекрестке.
— Миссис Собелл, это Стефан Андрос. — Бидж вежливо представила спутника. — А я Бидж Воган.
— Я помню вас, дорогая, — ласково сказала миссис Собелл. — Вы часто здесь бываете. — Она повернулась к Стефану: — А вы откуда, молодой человек?
— Я из Греции, — ответил юноша-фавн, и сердце Бидж замерло, когда он, вспомнив замечание доктора Трулава о хороших манерах, снял бейсболку. Миссис Собелл не могла не увидеть рожки.
После момента замешательства она доброжелательно кивнула:
— Конечно, Стефан. Только лучше не снимайте бейсболку — студенты так часто забывают их здесь. В бюро находок их скопилось уже несколько сотен.
Стефан поспешно натянул бейсболку и заправил под нее свои кудри, чтобы она сидела плотнее.
— Мне очень приятно с вами познакомиться, — сказал он серьезно.
— А мне с вами, — ответила миссис Собелл искренне. Она повернулась к Бидж: — И что вы планируете ему показать?
— После библиотеки? Не знаю. — Им нужно было чем-то занять еще два часа до обеда. — Я думала, не посмотреть ли нам видео…
— Вы разрешите мне высказать свои соображения? — перебила ее миссис Собелл. Она поднялась на цыпочки и прошептала что-то на ухо Бидж. Бидж радостно закивала:
— Прекрасная идея, миссис Собелл.
— Если, конечно, он не видел этого раньше, — сказала миссис Собелл. — В Греции.
— Нет, не думаю. Спасибо.
— Рад был встретиться, — сказал Стефан. Бидж потянула его за рукав и увела прежде, чем он успел снова снять бейсболку.
Они заняли кабину в видеотеке. Стефан с недоумением смотрел на пустой экран.
— Это аквариум? Там кто-то плавает?
— Нет. — Бидж наслаждалась впечатлением: Стефан даже подпрыгнул, когда на экране появилось изображение. — Ты смотри. Тебе понравится.
Это было «Пение под дождем». Бидж была поражена тем, как много вопросов задавал ей Стефан, она не предполагала, что он никогда не слышал о видеозаписях. Стефан сначала решил, что маленькие человечки на экране разыгрывают пьесу специально для него и Бидж, и оказался скорее заинтересованным, чем разочарованным, когда выяснилось, что это не так.
— Ты хочешь сказать, что мы могли бы увидеть это все снова, точно так же, как в первый раз?
— Да, каждый раз точно так же.
— А кто этот замечательный человек?
— Это Джин Келлиnote 17, — ответила Бидж благоговейно. — Обрати внимание на следующую сцену.
Стефану очень понравились песни, но танцы захватили его полностью. Бидж дважды пришлось удерживать его в кресле — Стефан порывался вскочить и пуститься в пляс вместе с героями.
Когда они вышли из видеотеки, Стефан был вне себя. Он танцевал на тротуаре. Он пытался танцевать на мостовой, пока Бидж не остановила его. Он танцевал даже, оказавшись под навесом кинотеатра «Лирика», пока его внимание не привлекли афиши и кадры из фильмов. — Это кино в большом зданиитакое же кино, как то маленькое, что мы видели? Можем мы пойти туда?
Бидж вспомнила, что кино упоминается в книгах Хэрриота. Наверное, Кружка объяснил Стефану, что это такое, а вот рассказать ему про телевидение он мог вряд ли.
Она взяла молодого человека под руку — не только потому, что хотела удержать от чрезмерной экспансивности.
— Давай сначала поедим. — Она повела его в «Джиро».
На улице Стефан обратил внимание на сделанные под старину фонарные столбы — они были установлены в центре Кендрика местной Торговой палатой как для украшения города, так и чтобы сделать его привлекательным для бизнеса, который все больше перемещался в район университета.
— Совсем как в кино.
— Да, очень похоже. — Бидж потянула его к «Джиро». Стефан притворился, что не удержался на ногах, и они вместе ввалились в дверь, смеясь во все горло.
— Привет, Биидж. — Стан, как всегда, был рад ее видеть. — Давненько ты у нас не появлялась. Я уж думал, ты закончила колледж.
— Куда уж там. Я провалила экзамен, — ответила Бидж и почувствовала облегчение, когда Стан и Стефан засмеялись в ответ. — Стан, это мой друг Стефан. Стефан, познакомься со Станом. — Вспомнив о приобретенных юношей хороших манерах, она быстро похлопала Стефана по бейсболке: — Можешь не снимать — Стан не настаивает на формальностях.
Note17
Джин Келли (Юджин Карран) — американский киноактер, певец, танцор, режиссер и хореограф, лауреат премии «Оскар». Один из его наиболее известных фильмов — «Пение под дождем» (1952).