Теперь очень многое зависело от моряков севастопольской эскадры. Если турки на этот раз высадят десант и он закрепится в Крыму, то, как стало известно из донесений разведки, последует и вторжение на Кубань 40-тысячного турецкого войска. Вся война неимоверно осложнится для России.
Как только подул ветер, русский флот взял курс к Керченскому проливу. Вероятнее всего турок можно было найти там. Во главе с флагманским 80-пушечным кораблем «Рождество Христово» (бывший «Иосиф II») шли еще девять линейных кораблей (66-, 50- и 46-пушечные), 6 фрегатов, репетичное судно[21], 2 брандера и 13 крейсерских судов. У русской эскадры было 1022 орудия. Число орудий внушительное, но крейсерские суда, или корсарские, принадлежавшие частным владельцам-грекам, были вооружены маленькими пушками, да и на фрегатах пушки были небольшие. Это обстоятельство заранее требовало от моряков Ушакова мужества и храбрости — стрельба из орудий малого калибра была действенной лишь на короткой дистанции, когда противника можно окликнуть громким голосом.
Утром 8 июля русская эскадра встала на якорь у Керченского пролива. Эта стоянка обеспечивала защиту и самого пролива и крымских берегов.
Крейсерские суда ушли в разведку.
В десятом часу крейсер, ушедший к Анапе, выстрелами из пушки сообщил: «Вижу посторонние суда». Шел флот Гуссейна: 10 линейных кораблей, 8 фрегатов, 4 бомбардирских корабля и 32 мелких судна — шебеки, бригантины, лансоны, кирлангичи. На кораблях и судах турок без малого полторы тысячи пушек, причем много крупных, это позволит неприятелю вести бой на длинных дистанциях. Гуссейн будет держаться как можно дальше от русских кораблей и потому, что на его кораблях и судах десантные войска, их надо беречь от картечи ушаковских пушкарей.
Увидев вражеский флот, Ушаков приказал эскадре сняться с якорей, кораблям и фрегатам строиться в линию баталии, остальным судам расположиться за линией.
Турки увидели русских и тоже изготовились к бою: в первой линии у турок встали линейные корабли, во второй — фрегаты, за фрегатами разместились мелкие суда.
Оба флота начали сближаться и к полудню были друг от друга на расстоянии выстрела.
Турки, пользуясь наветренным положением, главный удар лучшими кораблями нанесли по русскому авангарду. Авангардом командовал капитан бригадирского ранга Гавриил Кузьмич Голенкин, товарищ Ушакова по Морскому кадетскому корпусу; он был во всем достоин своего командующего. Авангард отбил первый натиск турок. Тогда Гуссейн прибавил к атакующим другие корабли и бомбардирские суда с крупными пушками. При повторной атаке турецкие корабли начали огибать передовые русские корабли, намереваясь выйти в тыл русской линии и взять корабли Голенкина в два огня.
Ушаков увидел опасность, нависшую над авангардом, он ответил на ход Гуссейна более сильным ходом — всем русским фрегатам было приказано выйти из линии и образовать вторую линию рядом с авангардом. Фрегаты быстро исполнили приказ. Теперь, если бы турки попытались взять авангард в два огня, они сами попали бы одним бортом под огонь русских линейных кораблей, а другим — под огонь фрегатов. В это же время русские линейные корабли центра и арьергарда сократили дистанцию между собой и приблизились к передовым кораблям эскадры. Турецкие корабли, атаковавшие авангард, попали под огонь больших русских кораблей.
Уже несколько часов шло это маневрирование с артиллерийской стрельбой. Эскадра Ушакова стремилась сблизиться с противником на короткий картечный выстрел. Сделать это никак не удавалось, кораблям Ушакова приходилось идти против ветра, а флот капудан-паши, занимавший наветренное положение, постоянно удерживался на большом расстоянии от русской эскадры.
Старинный герб Севастополя. Серебряный гриф на красном поле говорит о доблести русских при строительстве и защите морской крепости и города.
Но около трех часов дня переменился ветер. Наветренное положение оказалось у русских. Корабли Ушакова незамедлительно воспользовались этим и подошли к неприятелю совсем близко. Русские канониры буквально засыпали турок ядрами, картечью и зажигательными снарядами. Теперь и пушки малого калибра причиняли ущерб неприятелю. С каждым залпом росло число повреждений на турецких кораблях.
Перемена ветра и усилившийся огонь русских пушек, происшедшие внезапно, привели турецких моряков в замешательство. Турецкие корабли, пытаясь снова выйти на ветер, стали поворачивать — одни по ветру, другие против ветра. Несогласованное маневрирование привело к тому, что многие турецкие корабли проходили совсем близко к линии русских кораблей. А этим прекрасно воспользовались артиллеристы Ушакова. Командующий Черноморским флотом в донесении Потемкину так описывал этот момент боя: «Неприятель, приметя перемену положения, пришел в замешательство и начал прямо против моего корабля и передового передо мной корабля „Преображение“ поворачивать всею густою колонною чрез оверштаг[22], а другие, поворачивая по ветру, спустились к нам еще ближе. Корабль „Преображение“ и находящийся под флагом моим корабль „Рождество Христово“ произвели на всех столь жестокий огонь, что причинили великий вред на многих кораблях и самого капитан-пашинского; из оных весьма поврежденные два корабля в стеньгах[23] и реях и один из них в руле со сбитою бизань-мачтою[24] упали (приблизились, сносимые ветром) на нашу линию и шли столь близко, что опасался я сцепления с некоторыми из наших задними кораблями. Вице-адмиральский корабль также весьма поврежден, паруса, фор-марсель[25] и крюйсель[26]упали вниз и были без действия, который потому, упав под ветер, прошел всю нашу линию весьма близко, и чрез то оный и помянутые два корабля остались совсем уж разбиты до крайности.
21
Репетичное судно — судно, повторяющее сигналы флагмана для отдаленных кораблей эскадры.