— Спасибо, — ответила я. — Я это очень ценю. Таджи — это Эрида. Эрида — Таджи. Мы делаем кофе. Присоединишься?
Может, она и богиня войны, но не ошибусь, если скажу, что в ее глазах было вожделение.
Было рано, и на Острове Дьявола все было спокойно. Кукарекали петухи, женщина развешивала разноцветное белье, какой-то ребенок сидел на крыльце и жевал что-то похожее на батончик из мюсли, в то время как кто-то выяснял отношения на повышенных тонах в доме за его спиной. Не было никаких надписей, напоминающих о беглецах Ревейона, даже здание хранилища уже было перекрашено в темный цвет, хотя было еще влажным от покраски.
Я показала пропуск, проходя через ворота Острова Дьявола, и позволила охранникам проверить коробку с провизией, которую закупила для Лиззи. А затем они указали мне на самую бледную женщину, которую я когда-либо видела, за исключением того, что слово «бледная» описывает ее внешность не в полной мере. Несмотря на то, что ее кожа была покрыта чем-то тонким и белым, она была полностью прозрачна.
Она была высокой и стройной, с кроткими светлыми волосами, острым подбородком и глазами цвета лаванды. Одета она была в розовую униформу, такую же, какой отдавала предпочтение и Лиззи, с большой нейлоновой сумкой в руках с медицинским символом — кадуцеем, вышитым на одной из сторон. Видимо, с медикаментами.
— Клэр, — произнесла она, делая шаг в мою сторону. — Я Вэнди. Лиззи попросила меня встретить тебя.
— Привет, — поздоровалась я, перехватив поудобнее коробку и протянув освободившуюся руку.
— Хочешь, помогу отнести?
Я улыбнулась в ответ.
— Я справлюсь, спасибо.
Она указала направление, и мы двинулись вниз по улице, минуя кучи обломков, оставленных после взрывов или перестройки зданий.
— Может, ты хочешь что-нибудь узнать обо мне, пока мы идем?
— Я с удовольствием, — ответила я. — За исключением того, что не знаю, что спрашивать. Ты анатомическое чудо.
Она фыркнула.
— Это самое милое, что мне когда-либо говорил человек. В Запределье мы известны как Ксаны[32]. Мы живем в темноте. Поэтому наша кожа никогда не вырабатывает пигментов.
Я кивнула.
— А в клинике ты работаешь врачом?
— Медсестрой, — ответила она. — А также офис-менеджером, да и в целом тем, кто решает всякие разные возникающие вопросы. — Она посмотрела на мою ношу. — Что в коробке?
— Кое-какие вещи, которые меня попросила принести Лиззи. Соль, сосательные конфеты. То, что было у меня под рукой.
— Здорово. А ты здесь, потому что провинилась, или по решению суда?
Я моргнула, вопрос заставил меня задуматься, полагаю, в вопросе не было ничего плохого, скорее она спрашивала с практической точки зрения. Думаю, вероятно, именно по этим двум причинам клиника пополнялась волонтерами.
— Никаких постановлений судов. На 10 % я здесь из-за того, что злюсь, и, может быть, процентов на 60 из-за чувства вины.
— А остальные тридцать процентов?
Потому, что я Восприимчивая. Из-за того, что доказывала сама себе, что могу совладать с магией, да и признание самого факта существования клиники частично помогало мне это сделать.
— По большей части личное, — ответила я.
Я чувствовал на себе любопытный взгляд Вэнди, но не собиралась выдавать свой секрет посторонним.
Когда мы свернули вниз на переулке, я озадачено огляделась.
— Мы идем не в клинику, так?
— Вообще-то, мы сегодня не собирались сидеть в клинике, — ответила Вэнди. — После вчерашнего там нет места.
— Хорошо. Тогда, что я буду делать?
Она улыбнулась.
— Ты со мной будешь ходить на вызовы.
— О, — все, что я нашла на это ответить.
Я без проблем обойдусь без похода в клинику, но мне придется изменить свои ожидания.
— Для тебя это проблема?
— Нет. Не станет ли это проблемой для Пара? Что я буду входить в их дома?
— Нам предстоит это узнать, — ответила она.
Что особо не придавало уверенности.
Нашим первым домом был креольский коттедж с ярко-розовыми стенами и окнами с белыми ставнями. Краска на стенах обшарпалась, но на маленьком крыльце стояло несколько горшечных растений, а у двери было разбросано несколько потрёпанных игрушек.
— Можешь оставить коробку на ступеньках, — сказала Вэнди, указывая место.
Я поставила коробу и встала за ее спиной, стараясь не ерзать в ожидании. Я понятия не имела, что увижу или услышу, что одновременно заставляло меня нервничать и волноваться.
Вэнди постучала в дверь.
32
Ксана (исп. Xana) — персонаж Астурийской мифологии. Всегда женщина, она является существом чрезвычайной красоты, считается живущей в фонтанах, реках, водопадах или лесистых регионах с источниками чистой воды. Она обычно описывается, как стройная девушка с длинными белыми или светло-коричневыми волосами (чаще всего кудрявыми), за которыми она ухаживает с помощью золотого или серебряного гребня, сделанного из солнца или лунного света.