— Вашего потеряшку разыскали, — унтер-офицер только успел вымолвить эту фразу, как охранник сорвал с плеча рацию и скороговоркой протарахтел в нее. Ворота дрогнули и покатились в сторону, словно приглашали блудного сына войти под сень родного дома.
Как и предполагал, переполох поднялся знатный. О моем появлении мгновенно узнали все жильцы особняка, но Иван Олегович с красными от недосыпа глазами приказал Нефеду выгнать лишних из коридора на улицу, пока он разговаривает с господином полицейским. Унтер-офицер особо не расписывал свои подвиги, честно признался, что наткнулся на парочку идущих к спортивному дворцу парней, решил проверить их личность. Оказалось — удачно.
— Благодарю вас, младший офицер, — кивнул Булгаков, резанув меня взглядом как острым клинком. — Я отмечу ваше старание перед Игнатом Яковлевичем и попрошу его о достойной для вас награде.
— Премного благодарен, Светлый князь, — щелкнул каблуками полицейский. — Хотелось бы допросить молодых людей. Сами понимаете — служба. Если бы проблема не разрослась до такого уровня, то можно было обойтись формальностями…
— Завтра они прибудут в участок, — оборвал его Булгаков. — Лично прослежу. Кто ведет следствие?
Полицейский назвал фамилию, и князь махнул рукой: дескать, пустое; я его знаю.
— Разберемся, — сказал он. — Всего доброго.
Когда страж порядка с облегчением на лице покинул особняк, Булгаков голосом, в котором перекатывались тяжелые булыжники, приказал:
— Ко мне в кабинет, оба. Живо!
Ярослав, к счастью, не стал топорщиться как ежик. Наоборот, он с большим любопытством, сопровождаемый Нефедом, поднялся по лестнице вместе со мной. Булгаков распахнул дверь и жестом показал, чтобы мы не стеснялись и заходили на экзекуцию.
— Нефед, найди княгиню и предупреди ее, что мальчишку нашли, — приказал Иван Олегович телохранителю. — Где она, кстати?
— С утра на пляж уехала со своими личниками. До сих пор не появлялась.
Про какую княгиню идет речь? Людмила Ефимовна приехала, что ли? Вот я загулял! Только бы Старейшины здесь не было. Хотелось отсрочить встречу с противным стариком на более поздний срок, но перед смертью не надышишься, верно?
— Ладно, ступай. Если услышишь шум и грохот — не торопись сюда бежать, — покосившись в нашу сторону, нарочито громко сказал Булгаков и захлопнул дверь. Подобно тяжелому РЭКСу[1], он прошагал мимо нас и сел в кресло, сжав ладонями кожаные подлокотники с такой силой, что они жалобно пискнули.
— Вы кто, молодой человек? — неожиданно обратился он к Ярику, скромно стоявшему чуть позади меня, с заложенными за спину руками. — И как объясните свое нахождение вот с этим недисциплинированным юношей?
— Разрешите представиться, — Ярик совершенно не тушевался перед незнакомым человеком, но и не позволял себе вольностей. — Ярослав Назаров, дворянин.
— Живешь здесь? — дружелюбнее поинтересовался Булгаков.
— Никак нет, Светлый князь. Вологодский я. Приехал сюда в море покупаться, позагорать.
— Может быть, ты расскажешь, что произошло с Викентием? — усмехнулся Иван Олегович, старательно игнорируя меня. Ну и ладно! Состроив скучающее лицо, я стал рассматривать интерьер кабинета, не отличающийся особым изыском. Шкафы с книгами, рабочий стол, стулья, добротный длинный кожаный диван. В углу, правда, красуется большой глобус. Самое интересное, он сам по себе медленно крутится, имитируя движение планеты в космическом пространстве. Даже Луна имеется на тонкой, почти невидимой проволочке, висящая над Землей и подсвеченная изнутри маленькой лампочкой.
— Охотно, — отвлек меня от созерцания глобуса голос Ярика. — Я помог Вику отбиться от компании взрослых парней. Судя по их настрою, они были здорово разозлены на вашего воспитанника.
— Они били Викентия? — нахмурился Булгаков, переведя взгляд на меня. Наверное, искал следы побоев на лице.
— Еще как! — с энтузиазмом откликнулся Ярослав. — Ногами, кулаками… А руководил экзекуцией какой-то хлыщ.
— Куракин со своими псами это был, — добавил я. — Ребра сломали, нос свернули.
Ни одним мускулом на лице не дрогнул Булгаков, только еще сильнее сомкнул ладони на подлокотниках.
— Судя по твоему цветущему виду, ты ошибся в степени своих повреждений, — заметил он.
— Меня вылечили, — я посмотрел на Ярика. Ну, выкручивайся, братец!
— Так, стоп! — поднял палец вверх Булгаков. — Я совсем запутался. Ярослав, ты хочешь сказать, что вступил в драку с парнями, превосходящими тебя физически и по возрасту, помог Викентию, а потом спрятал его где-то и целую неделю лечил?