— Это твой отец?
Она опять покраснела. И как-то напряглась:
— Ты его знаешь?
Фрэнк внимательнее посмотрел на фотографию и задумался, надеясь, что Анита не заметит, насколько он возбужден. До сих пор он видел Билла только сзади. И все же лицо на карточке показалось ему знакомым. Ну, конечно, он же видел удостоверение личности в бумажнике! Питер Кокрейн, не так ли? И на фотографии в том же бумажнике изображена не кто иная, как Анита из Швеции. Тот же иностранный акцент, только у дочери более явный. Боже, вот это совпадение!
Фрэнк заставил себя успокоиться: нужно продумать, как ему воспользоваться этой ситуацией. Такой поворот событий предоставлял ему новые возможности. Каким-то образом добрая фея судьбы снова пришла Фрэнку на помощь, и он просто не имел права упустить этот исключительный шанс. Ведь теперь он без излишних объяснений может появиться в Рэттлбоун коттедж на самых что ни на есть законных основаниях. Интересно, знает ли эта девчушка, что живущий там махинатор-поэт действует под разными именами? Известно ли ей, что ее папаша — мошенник высочайшего класса и обладатель чемоданчика, набитого новенькими десятифунтовыми купюрами? На вид она, вроде бы, достаточно простодушна. Но надо помнить, что она знает, где живет ее отец.
— Как его зовут? — неторопливо спросил он.
Мой бог, до чего же она затянула с ответом! Вне всякого сомнения она в курсе, что папаша ее скрывается.
— Я не из любопытства спрашиваю, а просто, чтобы убедиться, правильно ли я догадался, о ком идет речь. Ты даже не представляешь, как тебе повезло, дарлинг. Дело в том, что я знаю твоего отца.
Она просияла.
— Мне абсолютно точно известно, где он живет. А тебе?
— Не совсем, — пробормотала Анита От предвкушения удачного завершения своей поездки у нее засосало под ложечкой. Надо же, как ей повезло, ведь первый же встреченный ею местный житель оказался знакомым его отца. Так значит, правда, что папа живет где-то рядом, что на самом деле поселился недалеко от поселка. Ну, разумеется, разве такое событие может остаться здесь незамеченным?! Ей почудилось, что парень, сидящий напротив нее, уже стал ей близким другом:
— А ты… не будешь ли так любезен подвезти меня туда?
— С огромным удовольствием подвезу, — Фрэнк слегка наклонился. — Мне, в общем-то, одному из немногих известно, по каким причинам он там скрывается. Ты знаешь, как он себя теперь называет?
— Наверное, я…
— Биллом, а вот фамилию не помню. Говорит всем, что он поэт. Ловко, правда?
Анита не знала что и сказать. Не представляла себе, насколько молодой человек на самом деле посвящен в дела отца:
— Ты его хорошо знаешь?
Фрэнк помедлил с ответом:
— Не скажу, что знаю, но нам надо бы с ним познакомиться. В каком-то смысле мы с ним коллеги, действуем, что называется, в одной области. Играем в одной команде, если хочешь.
Анита решила, что понимает, о чем идет речь. Такие слова, как operate, branch и team[26], навеяли определенные ассоциации. В Тронхейме старший инспектор Рённес намекал, что отец ее перешел на нелегальное положение еще до отъезда из Норвегии. В письме отца упоминался остров Фрейя. Может, и вправду папа участвует в какой-то сверхважной операции, настолько секретной, что даже полиции неизвестны ее подробности? А может, он борется с русскими агентами, разоблачает опасную шпионскую сеть?
В-общем-то, все это выглядело совершенно фантастически, но только таким, или примерно таким, образом можно было объяснить его исчезновение. А слухи насчет денег для Польши, наверное, распустили специально, для маскировки. И всякий раз, когда дома отец уединялся в своем углу, склонившись над книгами и бумагами, он, наверное, работал над секретными шифрами и кодами. И все эти странные черточки и линии, которые она мельком видела и смысла которых понять не могла, не означали ли они… Ощущение непередаваемой теплоты и преданности наполнило все ее существо. О, какой признательности он добьется, когда завершит свою работу и правда о ней станет доступна всем! Анита и книги о шпионах читала, и фильмы о них смотрела. Да и газеты чуть ли не каждый день пишут, что шпионы действуют буквально на глазах у всех. Только вот не так просто во всем этом разобраться. Тем не менее Фрэнк, этот обаятельный очкарик, полностью соответствовал тому образу секретного агента, который она сама себе создала. Аниту прошиб пот. Надо будет обязательно рассказать матери, за каким замечательным человеком она была замужем. А может, он и развелся с ней для того только, чтобы ничто не мешало ему в работе? Лишь бы он не разозлился на свою легкомысленную дочь за то, что она вмешивается в его дела. Но ведь в письме-то своем он ее прямо-таки умолял приехать.