Я заговорил хриплым голосом, снова входя в роль:
– Какие ваши условия?
Мистер Брэдли мгновенно переменился. Он заговорил весело, почти шутливо.
– С этого мы с вами начали. Вернее, с этого начали вы, ха-ха. «Сколько» – говорите. Испугали меня не на шутку. Ни разу не видел, чтобы люди так брали быка за рога.
– Какие ваши условия?
– Это зависит от многого. В основном от суммы пари. Иногда от возможностей клиента. Если речь идет о надоевшем муже или шантажисте, сумма пари устанавливается с учетом того, какими средствами клиент располагает. И я не имею дела – вношу здесь полную ясность – с людьми бедными, за исключением случаев, когда речь идет о наследстве. Тогда мы исходим из размеров состояния бабушки Элайзы. Условия – по обоюдному согласию. Обычно из расчета пятьсот к одному.
– Пятьсот к одному? Круто берете.
– Но если бабушка Элайза вот-вот должна умереть, вы бы ко мне не пришли.
– А что, если вы проиграете?
Мистер Брэдли пожал плечами.
– Что ж поделаешь. Уплачу.
– А если я проиграю, я уплачу. А что, если я не стану платить?
Мистер Брэдли откинулся в кресле. Он прикрыл глаза.
– Не советую вам этого, – сказал он негромко, – не советую.
Несмотря на тихий голос, каким были сказаны эти слова, меня пробрала дрожь. Он не произнес ни одной угрозы, но угроза чувствовалась ясно.
Я поднялся и сказал:
– Мне нужно все обдумать.
Мистер Брэдли опять превратился в любезного и обходительного человека.
– Конечно, обдумайте. Никогда не нужно спешить. Если вы решите заключить со мной сделку, приезжайте, и мы все обсудим. Время терпит. Торопиться некуда. Время терпит.
Я вышел, и мне все слышались эти слова: «Время терпит».
Глава 13
Рассказывает Марк Истербрук
Я думал о предстоящем визите к миссис Такертон с величайшей неохотой.
На эту встречу меня толкнула Джинджер, и я все еще сильно сомневался, нужен ли такой шаг. Прежде всего, я чувствовал, что не подхожу для роли, которую выбрал. Я сильно сомневался, смогу ли вызвать нужную реакцию, и знал, что совсем не умею притворяться.
Джинджер с потрясающей деловитостью, которая у нее появлялась в нужных случаях, давала мне по телефону последние наставления.
– Все очень просто. Ее дом строил Нэш[5]. Не обычный для него стиль, а один из псевдоготических полетов фантазии.
– А зачем он мне понадобился, этот дом?
– Собираетесь писать статью о факторах, которые влияют на изменение архитектурного стиля. Что-нибудь в этом роде.
– Сразу видно, что вранье, – сказал я.
– Глупости, – уверенно заявила Джинджер. – Когда говорят о науке, то возникают дикие теории, о них рассуждают и пишут в самом серьезном тоне и самые неожиданные люди. Я могу вам процитировать целые главы невероятного бреда.
– Вот вам и лучше к ней поехать.
– Ошибаетесь, – ответила Джинджер. – Миссис Т. может найти вас в справочнике, и это произведет на нее должное впечатление. А меня она там не найдет.
Это тоже меня не убедило, хоть ответить было нечего. Когда я вернулся после встречи с мистером Брэдли, мы с Джинджер подробно все обсудили. Ей это казалось менее невероятным, чем мне. Она даже испытывала определенное удовлетворение.
– Теперь хоть ясно, что мы ничего не выдумываем, – заметила она. Теперь мы знаем, что существует организация, которая устраняет неугодных людей.
– Сверхъестественными средствами!
– Если бы мистер Брэдли оказался знахарем или астрологом, можно было бы не верить. Но раз это гнусный и подлый мелкий жулик – во всяком случае, так я поняла из ваших слов…
– Близко к истине, – вставил я.
– …тогда все обретает реальность. Пусть это кажется сущим вздором, но три дамы из виллы «Белый Конь» располагают какими-то возможностями и добиваются своего.
– Если вы так уверены, зачем тогда нужна миссис Такертон?
– Лишний раз проверить, – ответила Джинджер. – Мы знаем, какие силы приписывает себе Тирза Грей. Мы знаем, как у них поставлена денежная сторона. Кое-что нам известно о трех их жертвах. Нужно разузнать кое-что и о клиентах.
– А что, если миссис Такертон не проявит себя клиенткой?
– Придется тогда искать другие пути.
– А я вообще могу все испортить, – сказал я уныло.
Джинджер ответила, что не нужно так плохо о себе думать.
И вот я у дверей виллы «Кэррауэй Парк». И она совсем не совпадает с моим представлением о домах, которые строил Нэш.
Джинджер пообещала мне последнюю книгу по архитектуре, но вовремя не достала, так что я был плохо подкован в этой области. Я позвонил, болезненного вида дворецкий открыл мне дверь.
– Мистер Истербрук? – спросил он. – Миссис Такертон вас ждет.