Ревизионисты и в этом вопросе действовали независимо. В конце 1937 года Жаботинский договорился с польскими верхами об открытии четырехмесячных военных курсов для 36 молодых ревизионистов из Земли Израильской. Затем успели провести ещё один курс, для членов польского Бейтара (молодёжной организации ревизионистов).
Многое еще было задумано. Все прервала война. Можно было успеть и больше, будь у нас больше денег. Впрочем, 1 000 ружей, за которые уже было уплачено, мы недополучили. В сентябре 1939 года они были еще в Варшаве, их не успели вывезти, и они были отданы для обороны польской столицы. В нашем музее Катастрофы в Иерусалиме хранится расписка мэра Варшавы Сташиньского[46] в получении этих ружей с обещанием возместить их после победы.
Глава 74
Сотрудничество сионистов и антисемитов
Кроме Польши мы получали немного оружия из Бельгии и Финляндии. Но это были мелочи в сравнении с польскими поставками. И только благодаря этому нелегальному оружию мы могли успешно осуществлять операцию «Стена и башня», а также другие важные начинания.
А вот зачем вся эта история нужна была полякам? Ведь не таким уж крупным, да и хлопотным заказчиком мы были. К тому же рискованно — могли быть осложнения с Англией. Так что не могла выгода быть единственной мотивацией. Скорее всего, была у поляков мечта — избавиться от евреев. Но не видели они в конце тоннеля иного света, кроме Земли Израильской. Никто евреев брать не хотел. А может, и дальше летела их фантазия.
Польша упорно желала считать себя великой державой, а будущее еврейское государство могло стать своеобразным филиалом Польши. Получалось, что у нее, как и у всех приличных стран, будет заморское владение. И не какое-нибудь, а Иерусалим! В довершение всего нравились полякам наши евреи. Своих терпеть не могли, а наши им нравились, что проявлялось, например, на разных военных курсах, где учились тогда наши в Польше. Эти люди, боровшиеся за свою страну, были полякам понятны и симпатичны.
Но польские власти не все знали о деятельности Арази. Так, он сумел обнаружить старые немецкие машины для отливки пуль времен Первой мировой войны, которые стояли без дела. Он купил их по цене металлолома. Неясно было, как польские власти к этому отнесутся, ведь до сих пор они продавали нам патроны. Арази решил не посвящать их в дело. Без лишнего шума машины привели в порядок. В Польше в те годы для этого было куда больше возможностей, чем у нас. Затем их отправили… в Бейрут, ибо англичане что-то пронюхали. Там они полежали на складе, пока в 1941 году не были доставлены к нам. К тому времени это стало нетрудно: англичане в ходе войны заняли Сирию и Ливан; граница фактически не существовала. В дальнейшем эти машины нам хорошо послужили.
А с Польшей мы вовсе не прощаемся. Кстати, если кому-то нужен пример сотрудничества сионистов и антисемитов, то лучшего, чем Польша 1936–1939 годов, по-моему, не найти. Но почему-то об этом не вспоминали в соответствующей советской печати. Возможно, Польша как государство была мелковата для партнерства с таким воплощением «мирового зла», каким представляла сионизм советская печать. Тут необходим был Гитлер, Муссолини или американский империализм на худой конец.
Часть пятая
Друг
Глава 75
Чемберлен и Вингейт
Сближение Вингейта с сионистами началось в конце правления Уокопа. Однажды капитан Вингейт вместе со своей красавицей женой Лорной присутствовал на каком-то званом обеде у верховного комиссара, к которому был вхож благодаря родству с Рейджинальдом Вингейтом, хотя и имел всего лишь чин капитана. Там были и Вейцман со своей женой Верой. В былые годы Вейцман был бабником изрядным. И теперь, хотя ему было уже за 60, поглядывал на присутствующих дам как знаток и ценитель, правда, уже больше теоретический. Не пропустил он и совсем юной красавицы Лорны и подошел знакомиться. Разговор завязался отнюдь не светский. И вот, вроде бы для продолжения этого самого разговора Вейцманы пригласили Вингейтов к себе. Так, в самые тяжелые времена, началась эта дружба между самым умеренным из наших «отцов-основателей» и самым яростным из христианских сионистов.
46
Стефан Сташиньский — национальный герой Польши. Начал патриотическую деятельность среди «стрельцов» Пилсудского. Участвовал в советско-польской войне 1920 года. В дальнейшем стал видным польским экономистом. С 1934 года мэр Варшавы. Очень много сделал для развития и благоустройства города. В страшном сентябре 1939 года организовывал и вдохновлял оборону Варшавы. Знамениты стали его выступления по радио. Позже, в оккупированной Варшаве, пытался организовать антифашистское подполье. Был арестован немцами и погиб в застенках гестапо, по-видимому в 1943 году.