А вот у венских евреев в марте 1938 года отношение к нелегальной алие сильно изменилось. Теперь желающих выехать хватало. Следующая группа, 386 человек, и только половина из них — бейтаровцы, отъезжала в фантастических условиях. Такого не было ни до, ни после. Нацисты, обрадованные успехом, сделали либеральный жест, разрешив евреям снять со счетов в банках, которые при захвате Австрии были тут же заблокированы, немного денег при условии, что они пойдут на алию. Сбор группы происходил легально. Сам отъезд был торжественным, под пение «Ха-Тиквы». На вокзале присутствовали 3 довольно видных нациста. Один из них — Адольф Эйхман. Выехавших «ревизионисты» сумели благополучно доставить нелегально в Землю Израильскую на трех судах.
Глава 83
Ревизионисты во главе нелегальной алии
Итак, в 1938 году ревизионисты начали серьезную нелегальную алию. Многое изменится после «хрустальной ночи», но сперва это начинание не получило поддержки ни социал-демократов, ни Сохнута. Хотя это, бесспорно, «был час славы ревизионистов», что сейчас признается даже во враждебных им публикациях. Был ряд причин, по которым эту эпопею начали именно они.
Во-первых, «ревизионисты» издавна были более оппозиционны английским властям. Противники считали их экстремистами. В данном случае экстремизм явно шел на пользу.
Во-вторых, Жаботинский был убежден, что его людей обделяют сертификатами. Сертификаты — разрешения на въезд в Страну Израиля — выдавали английские власти. Но распределяло выданные англичанами сертификаты сионистское руководство. Ревизионистам издавна доставалось мало сертификатов. А с 1935 года после создания Жаботинским Новой Сионистской Организации его людей обделяли уже и официально.
В-третьих, у ревизионистов были морские кадры. В 1934 году, когда Муссолини еще не был другом Гитлера, в Италии возникла еврейская морская школа, организованная «ревизионистами». Там проходили морскую «хахшару». В частности, многие выходцы из Латвии, страны традиционно морской, овладевали там морским делом. Поэтому у «ревизионистов» и были морские кадры, а на кораблях оказались не только греческие полуматросы-полубандиты, но и люди «Эцеля», понимавшие что к чему.
Школа в Италии возникла, когда о массовой нелегальной алие еще не думали. Просто Жаботинский и его ближайший помощник Иермиягу Гальперин[48] понимали, что будущему еврейскому государству потребуются и морские кадры, а это занятие среди евреев нетрадиционное. И решено было принять меры по обучению евреев морским специальностям. На деньги еврейских благотворителей купили корабль и в порту Чивитавеккья организовали школу мореходства. Она функционировала 3 года и около 150 молодых евреев получили там морские специальности. В 1938 году школа была закрыта из-за усилившегося антисемитизма режима Муссолини, попавшего под влияние Гитлера. Пытались перенести обучение в Латвию. Но вскоре по всей Европе начались события, к учебе не располагавшие. А морские кадры пригодились для спасения евреев.
Нелегальная алия была делом трудным. Кроме финансовых проблем возникали и юридические. Не с англичанами — их не спрашивали. А, скажем, с Румынией, через территорию которой надо было проезжать, когда евреи садились на корабли в Черном море, что часто было удобнее — подальше от английских глаз. Требовались въездные и выездные визы и т. п. Иногда за взятку удавалось получить фиктивные визы в какую-нибудь экзотическую латиноамериканскую страну, а тогда уж выдавали и транзитные визы. Но и это не всегда выходило. В конце концов Жаботинский лично съездил в Румынию (еще не прогитлеровскую), встречался там с премьер-министром, убедил его не мешать, уверив, что со временем и вся румынская еврейская беднота уедет на Землю Израильскую. И подобные проблемы возникали повсюду, причем одновременно надо было преодолевать и противодействие английской дипломатии. Но, хоть и с трудом, дело шло.
Глава 84
Международная конференция в Эвиане, 1938 год
Захват Австрии Гитлером вновь обострил проблемы евреев. Количество искавших спасения людей, начавшее было уже уменьшаться, поскольку из Германии евреи потихоньку уезжали, вновь возросло. И не оставалось надежды, что проблема может решиться как-нибудь сама по себе. Условия выезда тех немногих, что получали сертификаты, явно ухудшились. Старое и еще относительно благоприятное соглашение о трансфере, заключенное в 1933 году, истекло в 1937 году. Новые условия выезда были гораздо хуже. Теперь еврей мог спасти легально только 10 % состояния, а не 45 %, как раньше. Нелегальный вывоз еврейских денег, сравнительно легкий поначалу (вспомним главу 45), теперь стал делом опасным — ловили и наказывали всерьез. Гитлер уже крепко стоял на ногах и никакого экономического бойкота со стороны евреев не боялся. Все это, конечно, вызвало резкое уменьшение ввоза капиталов на Землю Израильскую, что очень даже почувствовалось.