Короче, не имеет ли трудовая гипотеза АСГ особых политических корней, заставляющих власти поддерживать ее, искусственно ее стимулировать?
Лишь только мы поставили последний вопрос, как сразу находится и ответ на пего. В государстве, организованном на началах культа личности, сталинского деспотизма, неминуемо должна была существовать доктрина, обосновывающая важность труда на благо общества — иначе такому государству и его аппарату просто нечем было бы кормиться. Ведь иных серьезных стимулов у труда просто не было и быть не могло! При этом сам труд в подобном обществе организован из рук вон плохо, его производительность чрезвычайно низка и держится примерно на одном и том же уровне в течение многих последних лет, отставая от производительности труда в иных политических системах, не полагающих, что труд — фундаментальная «причина» благосостояния общества. Этот парадокс становится понятным в свете нетрудовой гипотезы АСГ. А возведение труда в ранг высшего фактора в жизни человека, причем именно труда на благо общества, а не на благо индивида, — характернейшая черта тиранического государства. Не случайно И. Сталин в 1935 году объявил труд на благо общества — делом доблести и геройства, делом чести и славы[261], а Гитлер провозгласил такой труд почетным для каждого честного немца[262].
Два раза в год ЦК КПСС утверждает список призывов и лозунгов — к 1 мая и к 7 ноября. В них в краткой форме излагается политика партии по главным вопросам внутренней и международной жизни. Как правило, более половины этих лозунгов до последнего времени посвящалось труду. Так, призывы ЦК КПСС к 1 мая 1981 года содержали 75 лозунгов, из них 43 — «трудовых»; призывы к 65-й годовщине Октября из 85 лозунгов посвятили этой теме 49.
Воспитание человека как трудящейся на благо общества машины начинается с раннего детства, практически — с ясельного возраста[263], продолжается в школе, институте, на производстве. Па воспитание этого качества в человеке бросаются гигантские материальные ресурсы. Труд на благо общества призван заменить у человека все иные искания и занятия: размышления о политике и участие в ней, поиски бога, совести, своего места в искусстве и в обществе. Все это объявляется не более чем отклонением от генеральной черты человека, от его природной сущности. Наука не составляет исключения в пропаганде[264]. Во всеобъемлющей системе давления на общественное сознание трудовая гипотеза выполняет ответственную прикладную функцию: она научно обосновывает официальную политику по отношению к труду на благо общества. Эта пропаганда всеми силами доказывает, что не стремление к свободе, не благополучие семейных отношений, не участие в демократических институтах и явлениях (скажем, стачках) является основой основ человека, его природной сущностью. В этом подспудный, скрытый от глаз корень трудовой теории, который и по сей день крепко сидит в аппаратной «почве» сталинского государства. Тот, кто выступает против трудовой гипотезы, борется не с мнением отдельных научных оппонентов, он ломится в открытые ворота, за которыми стоит каменная стена: официальная доктрина роли труда в жизни общества.
Таковы политические корни трудовой гипотезы, о которых невозможно не помнить, ведя научные споры.
В философской литературе понятие «конечной цели» связывается с понятием «идеала». «Людей и некоторые социальные системы, частью которых являются люди, отличает то, что они могут стремиться к результатам и состояниям, достижение которых, как им хорошо известно, невозможно. Дело в том, что само продвижение к этим недостижимым состояниям приносит им удовлетворение. Такое продвижение называется прогрессом, а конечное состояние — идеалом»[265]. Сила этой точки зрения в краткости и философской точности самого понятия «идеал», слабость легко обнаруживается хотя бы в том, что исторический процесс извилистее, чем приближение к идеалам, иначе общество было бы похоже на непрерывно самоусовершенствующуюся систему, История напоминала бы не живую извилистую реку, а прямой канал, вырытый по намеченному плану.
263
«Начинать трудовое воспитание необходимо уже в детском саду, ибо интерес к труду, привычка и умение выполнять посильные дела формируются с первых лет жизни ребенка. Систематическое участие в посильном труде начиная с дошкольного периода жизни вырабатывает у детей устойчивые трудовые навыки, привычку и положительное отношение к труду» — Колмыкова В. А. Основные направления работы дошкольных учреждений // Общественное дошкольное воспитание на современном этапе. М.: Просвещение, 1981. С. 44.
264
«Производственный труд в социалистическом коллективе и органически связанное с ним идейно-политическое и культурно-техническое воспитание, осуществляемое Коммунистической партией на основе предпосылок, созданных в процессе социалистических преобразований, — главные факторы развития личности», — пишет доктор психологии К. В. Осипова. — Некоторые проблемы теории личности // Социальные исследования. Вып. 3. М.: Наука, 1970, С. 16. Утверждение коммунистического отношения к труду в «сознании каждого советского гражданина является одной из основных задач воспитательной работы Коммунистической партии и социалистического государства, — пишет другой доктор психологии, С. М. Ковалев. — Труд — основной вид общественно полезно»! деятельности Поэтому, если человек хочет, чтобы его жизнь была полнокровной, интересной и полезной для общества, он прежде всего должен трудиться. Труд… необходимость и всеобщая обязанность, главнее средство самоутверждения личности в обществе, поэтому он является делом чести каждого советского человека», — Ковалев С. М. Формирование социалистической личности М.: Мысль, 1980. С.118 и 123.