Выбрать главу

– А кем ты меня считаешь? Теперь я твой хозяин.

Глаза Флоры широко раскрылись.

– Вы? Не может быть!

На этот раз Лахлану не составило особого труда догадаться по выражению лица девушки, о чем она думает. Он недостаточно отесан и не обладает любезностью придворного, чтобы быть лэрдом, и это чертовски верно: ему пришлось потратить слишком много времени, сражаясь с ее братцем, а также защищая свой клан от наводнений и голода в течение многих лет. Вот почему все знания, полученные им, были обретены на поле боя.

– Зачем вы привезли меня сюда? – не унималась Флора.

– Скоро узнаешь.

– Я никогда не стану вашей женой.

Уверенность, прозвучавшая в ее голосе, вызвала в нем ярость.

– Не припоминаю, чтобы спросил об этом, – возразил Лахлан холодно.

– Такой человек, как вы, берет не спрашивая.

– И какой же я человек? – спросил он с угрозой. Флора вскинула подбородок и встретила его взгляд, решительно отказываясь проявить страх и покорность.

– Вы похищаете леди, силой привозите в свой замок и…

– Ты была бы с ним несчастна.

– Не ваше дело – это мой выбор.

Лахлан пожал плечами. Она не стала отрицать, что ее брак стал бы ошибкой, и все же сердилась на то, что он не дал ему осуществиться.

Флора бросила на него недоверчивый взгляд из-под длинных ресниц.

– Значит, вы не собираетесь принуждать меня к браку с вами?

– Нет.

Она сморщила носик, будто не знала, верить ли ему.

– Выходит, дело в моем брате Гекторе? Вы собираетесь меня использовать, чтобы добраться до него!

Ну вот и все. Ей понадобилось не много времени, чтобы сообразить это и понять часть его плана. У этой строптивицы есть не только красота и острый язычок, но и мозги.

Лахлан внимательно посмотрел на пленницу. Пожалуй, с ней следует проявлять осторожность. Если она узнает о его намерениях, это осложнит его задачу.

– Вас ждет разочарование, если вы думаете использовать меня в сделке с Гектором: я едва знакома с ним.

– Зато я знаю его достаточно хорошо.

Даже слишком хорошо. Много лет Лахлан и Гектор были готовы перегрызть друг другу глотки. Лахлану не было и десяти лет, когда Гектор использовал удобный случай и попытался захватить Колл. Дядя Лахлаиа, Нейл Мор, сумел отбить эту дерзкую атаку и отрубил головы Дуарту Маклейну и его приспешникам, а затем бросил их в реку.

Гектор этого не забыл и не простил, как не простил и своего поражения. С тех самых пор Лахлан постоянно сражался за то, что считал исконно своим.

В течение многих лет между двумя ветвями клана нарастало напряжение, но по-настоящему вражда возобновилась только несколько лет назад, когда Лахлан отказался пойти на поклон к Гектору и признать его главой более влиятельной ветви клана.

Разумеется, для Гектора стало делом чести ответить вторжением на земли Лахлана в Морверне.

– У Гектора есть кое-что мое. Теперь у меня есть кое что его, – холодно констатировал Лахлан.

– И что же у него? Ваша любимая собака?

– Нет, мой любимый замок.

Глаза Флоры широко раскрылись.

– Брекакадх на острове Колл?

– Именно. – Руки Лахлана непроизвольно сжались в кулаки.

– Но как это случилось, и почему вы не обратились к королю?

Лахлан стиснул зубы.

– Я так и поступил.

– И что же?

– Как видишь, ничего.

Флора пожала плечами:

– Все равно вы зря меня похитили. Мой брат давно зарился на Колл и не обменяет его на сестру, которую едва знает.

– Полагаю, ты недооцениваешь себя…

Лахлан слишком поздно понял свою ошибку: лицо Флоры словно застыло, а голос зазвучал приглушенно:

– Я знаю себе цену!

В ее словах крылось нечто значительное, но у Маклейна сейчас не было желания разгадывать эту загадку. Он добыл средство для достижения цели, и весь разговор.

Прежде чем Флора догадалась о его намерениях, горец поднял ее на руки и понес вверх по лестнице.

– Что вы делаете?

– Несу тебя в твою комнату.

– Зачем? Вы не должны этого делать, иначе ваша рана откроется.

– Да? А разве не ты мне ее нанесла? Меня удивляет твое беспокойство обо мне.

– Я… Я не хочу, чтобы вы истекли кровью.

– Я тоже. – Лахлан ногой распахнул дверь.

Замок Дримнин отчаянно нуждался в ремонте, и вид его комнаты сильно отличался от того, к которому привыкла Флора, но до тех пор, пока ему не удастся получить назад свое имущество, ей придется с этим смириться.

Маклейн осторожно опустил свою ношу на постель.

– Вы же не думаете, что я буду спать здесь? – Ужас, прозвучавший в голосе Флоры, только разжег его гнев.

– А где ты предпочла бы спать? – Лахлан придвинулся ближе, почти нависая над ней. – Может быть, в моей постели?

– Никогда!

Между ними повисло напряжение, чреватое взрывом, и, казалось, сгустившийся воздух уже начал потрескивать. Лахлан почти ощутил на вкус тепло ее губ, будто они раскрылись ему навстречу, нежные и сладостные. Его тело испытало томление, боль нараставшего желания… Он мог бы овладеть ею и прямо сейчас сделать ее своей, так сильно он ее желал.

Лахлан резко отстранился; его тело пульсировало от гнева и страсти. Он никогда не пользовался силой, чтобы получить желаемое, и не стал бы делать этого теперь вне зависимости оттого, насколько сильно искушение.

Все равно она будет ему принадлежать, и очень скоро, хотя еще не подозревает об этом.

Требование выкупа, направленное Гектору, даст ему время убедить Флору Маклауд выйти за него.

А если кто-нибудь попытается встать на его пути, пусть не рассчитывает на милосердие.

Глава 3

Тремя днями позже Флора уже была готова выпрыгнуть из окна башни, ставшей ее темницей.

В первый раз она попыталась бежать примерно через пять минут после того, как Лахлан оставил ее, но путь ей тут же преградили двое внушительных стражей, а приятного вида мужчина лет сорока мягко проводил ее обратно в ее комнату.

– Миледи, лэрд желает, чтобы вы наслаждались его гостеприимством в своей комнате.

– Значит, я узница? – спросила Флора, стараясь говорить как можно высокомернее.

– Не думаю.

– А кто?

– Скоро узнаете. Когда понадобитесь лэрду, он пошлет за вами.

Флора сжала губы. Этого только не хватало! Выходит, она должна являться к Маклейну по мановению его руки и по первому зову?

– И когда же это произойдет?

Лицо стража помрачнело.

– Лэрд – очень занятой человек.

– Не сомневаюсь, что так. Вероятно, на этой неделе он занят похищением других беспомощных девушек…

– Беспомощных? Отличное чувство юмора! – усмехнувшись, тюремщик Флоры повернулся и закрыл за собой дверь.

Занят. Скорее ему доставляет удовольствие мучить ее. Надо же, лэрд Колла! Флора все еще не могла поверить, что красивый похититель с ярко выраженной мужественностью, способный обольстить и монахиню, – действительно Лахлан Маклейн. Если бы она видела его при дворе, то непременно бы запомнила: такого красавца трудно забыть.

В то мгновение, когда он склонился над ней и она заметила блеск в его жестких синих глазах, Флора почувствовала исходящее от него тепло и подумала…

Она подумала, что он собирается ее поцеловать, и замерла, как последняя дура, покоренная его мощным магнетизмом. Ее непреодолимо тянуло к нему, как Икара к солнцу.

На мгновение Флоре захотелось, чтобы Лахлан действительно ее поцеловал. Ей захотелось ощутить его губы на своих губах и растаять в его тепле. Ее щеки вспыхнули от сознания того, как коварно предательство собственного тела.

Что ж, по крайней мере вождь Маклейнов не собирается принуждать ее немедленно вступить с ним в брак, хотя то, что он намеревается сделать пленницу разменной монетой в политической игре, было ненамного лучше.

В течение следующих дней от Лахлана не поступало никаких вестей, однако Флора терпеливо ждала.

Все это время единственными ее собеседниками оставались сменявшиеся караульные да редко посещавшая ее молчаливая служанка по имени Мораг и два юноши, приносившие деревянную ванну для мытья.