Не смотрят так.
Не дрожат.
Не живут, чёрт возьми.
Если я снова встречу Эли…
Ту, которая убила меня тогда — я не знаю, что сделаю.
Ударю?
Задушу?
Или убью?
Скорее всего, всё сразу.
Она не умеет стрелять. Пуля была наугад.
Она попала в плечо. И после пары операций — я цел.
Физически.
А вот остальное…
Я специально не искал её.
Не хотел, чтобы отец узнал.
Не хотел, чтобы он видел, что его сын — осёл, потерявший голову от женщины.
Я не знал, где она.
Но были слухи.
Дядя в Лондоне. Вся её семья там.
Я ждал.
Спокойно.
Терпеливо.
Когда настанет час.
***
На следующий вечер мы с Саймоном и отцом — Кристианом — сидели за длинным столом в главной столовой. За окнами мерцали огни Манхэттена, отражаясь в бокалах с вином, а в комнате стояла тишина, нарушаемая только звоном столовых приборов.
Саймон, как обычно, ел аккуратно, как будто даже во время ужина следил за порядком и стратегией. Я ковырялся в мясе, без аппетита, мыслями уже далеко отсюда. Отец же — деловито, быстро, будто еда была просто формальностью, частью привычного ритуала.
Стол ломился от блюд: поджаренный на гриле стейк, пряный картофель с розмарином, овощи в бальзамическом соусе. Красное вино лилось медленно, будто кровь, тяжёлое, насыщенное.
Отец отложил приборы, промокнул губы салфеткой и поднял на нас взгляд.
— Хватит жевать как кролики, — сказал он холодно, голос прорезал воздух, как нож. — Пора перейти к делу.
Саймон отставил бокал, выпрямился и бросил на меня короткий взгляд. Я тоже отложил вилку, не дотронувшись до последнего куска.
— У нас проблемы. Или, если точнее, возможность. Лондон. Семья Стэнфорд. Они наконец ответили. Готовы говорить. И мы не можем упустить этот шанс.
Я нахмурился. Саймон остался спокоен, как всегда.
— Зачем мы им? — спросил Саймон.
Отец слегка усмехнулся, но в его взгляде мелькнуло что-то хищное.
— Мы для них — выход в Америку. Деньги. Сети. Люди. Защита. А для нас — их связи в Европе, антиквариат, оружие, легальные каналы и чистые деньги. Это — стратегический союз. И вы полетите туда, чтобы его скрепить.
Я молча смотрел на него. В груди что-то сжалось. Лондон. Слово ударило как по нерву. Саймон тоже замер, уловив, что во мне что-то сдвинулось.
Отец продолжил:
— Завтра вылет. У вас неделя. Встретит вас Джейкоб Краули — консультант Стэнфордов. Бывший военный, нюх на ложь. Если не понравитесь ему — дальше порога не попадёте. А уж за ним потянутся остальные.
Он сделал паузу, чтобы дать вес сказанному.
— Поняли масштаб?
— Поняли, — ответили мы почти одновременно.
Отец медленно встал из-за стола. Его тень легла на нас, тяжелая, как приговор.
— А теперь главное, — добавил он, подходя ближе и опираясь руками на стол. — Лондон — это не Нью-Йорк. Там нельзя просто купить всё. Придётся играть по правилам… пока не появится шанс их переписать. Я доверяю вам. Но не подведите. Особенно ты, Дэймон.
Он задержал на мне взгляд. Долго. Словно знал, что во мне кипит что-то другое, кроме долбаного интереса к союзу.
А я лишь кивнул.
Потому что в голове уже звучало одно имя.
Эли.
Если она в Лондоне — эта поездка изменит всё.
— Саймон, проследи, чтобы твой нервный брат ничего не натворил, — бросил отец.
— Вы упрекаете меня как ребёнка, — буркнул я, даже не стараясь скрыть раздражения.
— Потому что ты и ведёшь себя как ребёнок, щенок! — рявкнул он. — Ты не контролируешь свой гнев. А там, в Лондоне, вы на чужой территории. Запомни: ни шагу влево, ни шагу вправо — соблюдайте их правила. Нарушите — я найду ваши трупы в Тауэре, понял?
Я только усмехнулся, скосив взгляд в сторону. Грозы отца больше не пугали. Они были как фоновый шум, к которому привыкаешь с детства.
— Саймон, поднимись ко мне в кабинет — обсудим детали, — бросил он, и не дожидаясь ответа, вышел из комнаты.
Мы с Саймоном остались вдвоём. Я опёрся локтем о спинку стула и посмотрел на него, улыбаясь уголком губ. Он уже знал. Видел это по мне.
— Думаешь, она там? — спросил он спокойно, разрезая ножом кусок мяса.
— Саймон, я доверяю своим предчувствиям. Они редко ошибаются.
Он кивнул, не отрываясь от тарелки.
— Это правда. Если ты хочешь её найти — я не против. Даже наоборот. Если ты хочешь наказать её за то, что она с тобой сделала… я за.
Я чуть усмехнулся.
— Наказать — мягко сказано. Я устрою ей настоящий ад.
— Ха, — фыркнул он. — Это вряд ли. Ты сохнешь по ней уже сколько лет? С тех пор, как она исчезла, ты даже не посмотрел ни на одну женщину всерьёз. Только куклы, которые должны были быть “похожими”. Ты просто себе врёшь, брат.