С призыванием Имени Иисусова и дыханием исихию, как это принято считать, увязывает уже св. Иоанн Лествичник: «Исихия есть непрерывная служба Богу и пред–стояние пред Ним. Память Иисусова да соединится с дыханием Твоим; и тогда познаешь пользу исихии». [ [180]]
Но как же соотносится произнесение молитвы Иисусовой с практикой исихии? Как призывание Имени помогает обрести «сердечное безмолвие»?
Мы уже говорили о том, что «молитва есть отложение помыслов», «собирание», движение от раздробленности к единству. Как только мы всерьез попробуем молиться, в молчании предстать перед Богом «с умом в сердце», тут же осознаем весь свой внутренний «раздрай», всю неспособность сосредоточиться вот на этом мгновении, которое и есть kairos. Мысли роятся, мельтешат, как комары (св. Феофан), или как обезьяны, бестолково прыгающие с ветки на ветку (Рамакришна)[ [181]]. Наша неспособность собраться, всем своим существом быть здесь и сейчас, — одно из самых трагичных последствий первородного греха.
Но есть ли выход? В православной аскетической традиции существуют два основных способа преодоления «помыслов». Первый сродни «лобовой атаке»: он состоит в том, чтобы противостоять помыслам (logismoi), пойти на них войной, попытаться искоренить их усилием воли. Но это способно привести к обратному результату. Насильственно задавленные фантазии могут обрушиться на нас с удвоенной силой. Так что, пока мы не совсем уверены в себе, разумнее пойти другим, окольным путем — не «воевать»с помыслами, не пытаться изгнать их усилием воли, но попробовать отвлечься от них, перенести внимание на что–нибудь другое. Таким образом наша духовная стратегия из отрицательной превратится в положительную: дело не в том, чтобы очистить ум от злых помыслов, а в том, чтобы наполнить его добрыми. Именно этот способ отстаивали св. Варсануфий и Иоанн Газский.
«Не вступай в состязание с помыслами, посылаемыми тебе врагами, — советуют они, — потому что враги сего желают и не перестанут нападать, но помолись на них ко Господу, повергая пред Ним немощь свою, и Он может не только отогнать, но и совершенно упразднить их»[ [182]]. Собственно, Иисусова молитва и есть наивернейший, превосходнейший способ «помолиться ко Господу». Она побеждает искушения именно тем, что уводит от них.
Конечно, никто не в силах остановить внутренний поток образов и мыслей одним решительным движением воли. Бессмысленно говорить себе: «Не думай»; с таким же успехом мы могли бы приказать себе: «Не дыши». «Ум не может оставаться праздным», — писал св. Марк Подвижник. [ [183]] Но как же тогда достичь нищеты духа и сердечного безмолвия? Да, мы не можем «утишить» наш неугомонный ум, но вполне способны собрать, воссоединить его путем непрестанного повторения краткой молитвенной формулы. Поток образов и мыслей не иссякнет, но постепенно мы научимся от него отстраняться. Многократное призывание Имени поможет «отпустить» мысли, которые подсовывает наше сознательное или подсознательное «я». Подобное «отпускание мыслей», скорее всего, имел в виду Евагрий, говоря о молитве как об «отложении помыслов». Это не война, не «битва с помыслами» а спокойное, хотя и решительное отстранение от них Именно такой тип аскетического делания предполагает практика молитвы Иисусовой. Призывая Имя, мы собираем нашу расколотую индивидуальность вокруг единого центра. «Памятию о Христе Иисусе, — пишет Филофей Синайский, — собирай расточенный ум свой». [ [184]] Вместе с тем, Иисусова молитва, постепенно уводя нас от «толкотни» хаотичных или спорящих друг с другом мыслей, помогает свести наше мечущееся «я» к единой точке. Представляется, что это и есть тот самый «окольный путь» борьбы с помыслами. Непрестанное призывание помогает «вырваться» из бесконечной сутолоки наших помыслов (logismoi). Беспокойный ум собирается, сводится воедино, насыщается такой простой, но такой обильной духовной пищей. «Чтобы пресечь эту толкотню, — учит св. Феофан Затворник, — надо связать ум одною мыслью, или мыслью о Едином»[ [185]] — мыслью о Господе Иисусе. Говоря словами св. Диадоха Фотикийского, «когда мы закрываем все выходы ума вовне памятованием о Боге, тогда ум непременно вынуждает нас к УСИЛИЮ, способному удовлетворить его потребность в Деятельности. Необходимо сосредоточить ум на призывании Господа Иисуса как на единственном занятии… ". [ [186]]
Так, в общих чертах, можно представить путь обретения сердечного безмолвия в Иисусовой молитве. Отсюда следуют два важных вывода.
181
Я взял эти примеры из статьи д–ра Андрея Блума (ныне Митрополит Сурожский Антоний) «Contemplation et ascese: contribution orthodoxe» в: Andre Bloom et al., Technique et contemplation, Etudes Carmelitanes 28 (Paris: Desclee de Brouwer, 1949), 49–67. Этот текст вводит в исключительно важную дискуссию о различных физических центрах человеческого тела и их значении для молитвы.