Воплощением такой сопричастности становится заступническая молитва мученика. «Отче, прости им», — предстательствует распятый Христос (Лк 23, 34). Когда римские воины пришли, чтобы арестовать св. Поликарпа, он попросил разрешения помолиться и «два часа пребывал в непрестанной молитве, поминая по имени всех, когда–либо встреченных им, старых и молодых, знатных и никому не известных и всю Вселенскую Церковь во всем мире… «[ [227]] Новомученик Иоанн Трапезундский, обезглавленный в 1650 году, идя к месту казни, «просил прощения у всех, кого встречал по пути, юных и старых»[ [228]]; другой новомученик — Иаков Артский (он был повешен в 15–м) перед казнью попросил сопровождавших его «преклонить колени и помолиться Христу обо всем мире и всей Церкви»[ [229]]. Со смертью мученика его заступничество не прекращается, но в общении святых охватывает весь мир и обретает значительно большую силу.
Иногда солидарность выражается в непосредственной «замене», как это видно на примере матери Марии Скобцовой. Подобную «замену» совершает живший в III веке мученик Никифор, о житии которого писала мать Мария. Длившаяся почти всю жизнь его дружба со священником Саприкием в одночасье распалась из–за пустяковой ссоры, и, несмотря на все усилия Никифора, Саприкий упорно отказывался от примирения. Когда же начались очередные гонения, Саприкий отступил от веры; «Никифор же, отвергнутый и поруганный другом, принял мученическую смерть вместо него и ради него». [ [230]] Тем же «путем замены», хотя и несколько иначе, прошла монахиня Елена Мантурова, согласившаяся по благословению св. Серафима Саровского умереть вместо своего больного брата Михаила, который еще не закончил всех дел на земле. Михаил поправился, а Елена заболела и вскоре скончалась[ [231]].
Такая солидарность, взаимная сопричастность составляет одну из главнейших черт добровольного мученичества монашеской жизни. Живя в общине, братия делит друг с другом не только труды, молитвы и все «имение», но призвана к тому, чтобы явить общность бытия на более глубоком уровне. По признанию св. Симеона Нового Богослова, он «с горючими слезами и всей душой» просил Бога о том, чтобы его братья были вместе с ним в раю — или пусть он будет в аду вместе с ними: «Духовно привязанный к ним чистейшей любовью во Святом Духе, он не хотел для себя Царства Небесного, если бы это означало, что он будет отделен от своих братии»[ [232]].
Соединенный общим путем со своими братьями, монашествующий (совсем как равви Зуся) берет на себя их вину и соучаствует в их покаянии. В «Достопамятных сказаниях» можно найти немало подобных сюжетов.
«Два брата, монахи, пришли в соседний город, чтобы там продать работу свою целого года, и остановились в гостинице. По продаже рукоделия один пошел закупить нужное для них, а другой остался в гостинице и по наущению дьявола впал в любодеяние. Уходивший брат, возвратясь, сказал оставшемуся: «Вот, мы запаслись всем нужным, возвратимся в келию». Другой брат отвечал: «Я не могу возвратиться». Когда же брат стал упрашивать его, чтобы он возвратился, /… /, этот исповедал ему грех свой. Я, сказал он, когда ты ушел от меня, впал в любодеяние, и потому не хочу возвратиться. Брат, желая приобрести и спасти душу брата, сказал ему с клятвою: «И я, отлучившись от тебя, подобным образом впал в любодеяние; однако воротимся в келию и предадимся покаянию. Богу все возможно: возможно Ему даровать прощение за покаяние наше… " Они возвратились в келию свою… Потом пришли ко святым отцам, пали к стопам их, стеня и воздыхая, проливая обильные слезы, исповедали им падение, которому подверглись. Святые старцы наставили их на делание покаяния и дали заповеди, которые они исполнили тщательно. Несогрешивший брат приносил покаяние, как бы сам согрешил, за согрешившего, по великой любви, которую имел к нему. Господь призрел на подвиг любви: открыл святым отцам тайну, и что за любовь того, кто не согрешил, а подверг себя труду покаяния для спасения брата, даровано прощение и согрешившему. Вот что означает «полагать душу свою за брата». [ [233]] Для нас особенно значима последняя фраза, поскольку именно она говорит о том, что мученичество немыслимо без сопричастности.
231
Archimandrite Lazarus Moore, St. Seraphim of Sarov: A Spiritual Biography (Blanco, TX: New Sarov Press, 1994), pp. 382–387.
232
Discourse 8: 62–64; ed. Krivochuine, 2: 90; tr. De Catanzaro, 1945 Ср. молитву св. Варсануфия (сноска 22).
233
Ap, anonymous collection 179: ed. Nau, ROC 13(1908), 269–70. Цит по Отечник, составленный св. Игнатием Брянчаниновым. М, 1996 с. 414.