«Нет, нет! Не мы, капитан! Наблюдатели на холмах!» Он отчаянно жестикулировал. «Если бы была ловушка, они бы ждали в проливе!» Теперь его взгляд был прикован к стволу пистолета Сквайра. «Я говорю правду!»
Адам медленно произнёс: «Ещё один корабль. Полагаю, это бригантина капитана Тьяке». Ещё несколько секунд он пытался вспомнить название. «Петерел ».
Сквайр снял курок и засунул пистолет за пояс. Он сказал, не глядя на Пекко: «Тебе повезло!»
Пекко воскликнул: «Я сделал все, что мог!» Он оттолкнул двух матросов и его вырвало в шпигаты.
Адам сглотнул и отвёл взгляд, заставляя себя сосредоточиться на полосе мыса, которая постепенно спускалась к расширяющемуся водному пространству за стакселем. «Предупредите всех внизу».
Джаго сказал: «Готово, капитан». Обращаясь к помощнику стрелка, он тихо добавил: «Сейчас или никогда, а, Тед?»
После медленного и мучительного перехода мимо прибрежных островков, а иногда и среди них, их прибытие было поразительным по своей внезапности. С палубы «Делфима» якорная стоянка представляла собой лагуну размером с замкнутое озеро, но с реев и верхних вант зоркие впередсмотрящие видели последние выступающие участки земли, а за ними, словно серо-голубой барьер, простирался великий океан.
Оказавшись здесь, корабль стал бы невидим для проходящего патруля или случайного торговца. В усиливающемся солнечном свете вода казалась спокойной и неподвижной, но паруса были туго натянуты, а рваный португальский флаг развевался.
Адам отошёл на несколько шагов от штурвала и направил телескоп вперёд и поперёк их курса. Выделялись отдельные лица, смотревшие на островки или на зелёную массу материка. Один хмурился от напряжения или тревоги, другой поджал губы в беззвучном свисте. Люди, которых он узнал и понял. Которые доверяли ему, потому что у них не было выбора.
И сомнения, что всегда были рядом, засада, когда меньше всего её ждёшь. Как и его собственные, если бы я упал . На кого ещё могли бы рассчитывать эти люди?
Он снова вспомнил своего дядю, сэра Ричарда Болито, его последние слова в тот роковой день. Мы всегда знали . Его рулевой, Джон Олдей, слышал его, а Джеймс Тайак записал это в вахтенном журнале флагмана сразу после боя. Мы всегда знали .
Он вытер саднящий глаз тыльной стороной ладони и снова сосредоточился, и на мгновение показалось, что его разум слишком напряжён, чтобы сосредоточиться. Корабль шёл почти бортом, заполняя и перекрывая всё поле зрения, резко выделяясь на фоне деревьев и узкой полоски пляжа.
Он затаил дыхание и выровнял подзорную трубу. Он не ошибся. Некоторые деревья сливались с кораблём: свободные ветви, привязанные к реям и вантам. Простая маскировка, но достаточная, чтобы сбить с толку даже самого опытного наблюдателя на борту проходящего военного корабля или бригантины « Петерель» , которую Тьяке послал на помощь в случае необходимости.
Он протянул телескоп Сквайру.
«Мы были правы».
Он слышал, как тот поправляет подзорную трубу, но запечатлел в памяти образ: грубая, но эффективная маскировка, несколько листьев и отдельных обломков в воде рядом с судном, медленно дрейфующим по течению или уже запутавшимся в якорном канате.
Она готовилась к отплытию. К побегу.
Это была большая трёхмачтовая шхуна, необычная для здешних вод, и на этой тесной стоянке она выглядела почти громоздкой. Но, выйдя в океан и под всеми парусами, она вскоре показала, на что способна.
Адам взглянул на компас и увидел, как Тозер утвердительно кивнул. Очень спокойно. Джулиан гордился бы им.
Сквайр сказал: «Она тоже пришвартована с кормы. Места для разворота недостаточно!»
Адам взял телескоп, ещё тёплый от руки Сквайра. Времени больше не было . В поле зрения показались нос и фок-мачта большой шхуны. По палубе сновали люди, якорный канат уже был натянут и, возможно, двигался. Кто-то, пробегая по баку, скользнул и остановился, всматриваясь в Дельфим , который к этому времени должен был быть полностью виден. Вспышка света, и ещё одна: наводились телескопы, но больше ничего.
Тозер пробормотал: «Они знают этот корабль, это точно».
Адам обернулся, когда матрос закричал: «Что за чёрт! Остановите его!»
Пекко проигнорировал мушкеты, отбежал в сторону и крикнул: «Нет! Стой, Луис!» и что-то по-португальски.
Один из членов команды Дельфима вырвался на свободу, размахивал руками и кричал, пока из-за кабестана не выскочил матрос, размахивая страховочным штырем, словно дубинкой, и не повалил его на землю.
Пекко стоял и смотрел на человека, распростертого у его ног. «Ты ошибался ! »
Адам снова направил телескоп на другую шхуну. Люди уже были наверху, на реях, другие стояли на брасе, как будто ничего не случилось. Но главная палуба не была очищена для выхода в море. Он видел, как голые тела африканцев выбирались из трюмов и люков, одних подгоняли кнутами и ударами, другие в ужасе цеплялись друг за друга.