— Какое отношение это имеет к несчастному случаю с Хоффманом?
— Вы полагаете, что речь идет о несчастном случае?
— А почему я должен считать иначе?
— А почему несчастный случай произошел в километре от шоссе? Почему машина упала в озеро далеко от того места, куда ехал Хоффман?
— Кстати, реставрацией какого именно предмета занимался Хоффман?
— Это конфиденциальная информация, — заняла оборонительную позицию Афдера.
— Ну так вот, информация о его смерти — тоже конфиденциальная. Дело пока еще не закрыто. Quid pro quo,29 госпожа Брукс.
— Хорошо, раз так, я готова ответить на ваш вопрос. Потом вы ответите на мой. Согласны?
— Абсолютно. Quid pro quo.
— Хоффман и еще несколько ученых из фонда Хельсинга реставрируют крайне важный документ, связанный с историей раннего христианства. Теперь моя очередь.
— Спрашивайте.
— Почему вы назвали это несчастным случаем, хотя расследование еще не закончено?
— В полицию позвонил свидетель и сказал, что на его глазах двое мужчин заталкивали третьего в машину на том самом шоссе, которое ведет в Тун. Мы послали туда патруль полиции кантона, но они не нашли следов борьбы или чего-нибудь в этом духе. Свидетель назвал марку и модель машины. Точно такую же потом извлекли из озера и нашли в ней мертвого Хоффмана. Теперь моя очередь.
— Спрашивайте.
— Как по-вашему, смерть Хоффмана может быть связана с вашим религиозным документом?
— Может. Мне надо еще проверить некоторые данные. После этого я сразу же вышлю по факсу информацию, чтобы вы изучили ее. Я не в состоянии сама вести расследование, но мне удалось выяснить, что несколько людей, имевших отношение к документу, погибли. Возможно, смерть Хоффмана — всего лишь звено в цепи трагедий, связанных с моей книгой.
— Если вы согласны предоставить мне такую информацию, то я готов сотрудничать с вами в деле поимки убийцы Хоффмана. В Берне случается очень мало происшествий подобного рода, и я готов вам помочь. Мне не хочется видеть, как кривая убийств в нашем спокойном городе идет вверх. Что вы желаете узнать?
— Был ли найден при Хоффмане или поблизости от места его гибели восьмиугольник из ткани с латинской фразой на нем?
— Я проверю его личные вещи. Кажется, мы еще не отдали их вдове.
— Могу выслать вам изображение восьмиугольника, чтобы вы при необходимости сравнили.
— Буду очень благодарен. Записывайте номер факса. — Инспектор продиктовал цифры. — Как только придет ваше послание, займусь этим делом, но в ответ хотел бы получить все имеющиеся у вас сведения. Вы меня поняли?
— Да, инспектор Грюбер, прекрасно поняла. Запишите и вы мой телефон в Венеции. Я буду ждать вашего звонка. Quid pro quo.
— Quid pro quo, госпожа Брукс.
Афдера закончила разговор, взяла восьмиугольник, найденный у человека, покушавшегося на Бадани, сделала его копию и послала Грюберу. Затем снова взяла принесенный Сэмпсоном конверт, на печати которого красовался герб Ка д'Оро, вскрыла его серебряным ножом для бумаг, вынула письмо и принялась читать.
Дорогая внученька!
Если ты читаешь это послание, значит, меня уже нет в живых. Либо я умерла своей смертью, либо погибла от чьей-то руки. Мое письмо, милая Афди, — что-то вроде предостережения. В твоей жизни могут произойти странные события из-за Евангелия от Иуды, которое, я полагаю, ты уже достала из сейфа.
Я пожелала, чтобы именно ты, а не Ассаль, занялась поиском истины, скрытой на страницах книги Иуды. Наверное, такая мысль пришла ко мне потому, что ты больше похожа на свою мать и на меня — непокорная, твердая, подготовленная к превратностям судьбы, ожидающим тебя. Твоя сестра больше напоминает отца. Она живет в своем мире и почти не обращает внимания на окружающих. Это неплохо само по себе, но Ассаль не выдержит столкновения с жестокой действительностью, а именно его предполагает обладание книгой Иуды.
С тех пор как она оказалась в моих руках через посредство разбойника Бадани и драгоценной Лилианы, меня и моих родных преследовали несчастья. Думаю, ты задаешь себе вопрос — почему я не занялась реставрацией и переводом Евангелия, а спрятала его в недрах банковского сейфа? Ответ очень прост. Из страха. Да, из страха за то, что с вами, моими дорогими внучками, может случиться беда. Поверь, я жутко испугалась, когда в общих чертах узнала, о чем говорится в книге. Однажды я начала выяснять ее происхождение, но невидимая рука мешала мне продвигаться по пути, который, возможно, привел бы к оправданию Иуды Искариота. Тогда я была еще не так стара и не боялась препятствий, пока ваши родители не расстались с жизнью в Аспене. Я точно знаю, что это не был несчастный случай.