— Командир, прямо по курсу на картографическом радаре Гамбург, — этот радар, расположенный прямо на брюхе, давал хорошие снимки, особенно там, где вода и земля создавали яркий контраст. Зоны застройки тоже отлично просматривались, ярко-белые на тёмном фоне. — Мы пишем изображения на плёнку.
— Отлично. Давайте сваливать отсюда.
— Верно, командир. Ой-ой…
Ян подумал, что больше других слов английского языка ненавидит именно это "ой-ой".
— В чём дело?
— Излучение воздушного источника. FuG.220 "Лихтенштейн"[92]. Ночной истребитель. Позади, и судя по силе сигнала, он нас видит.
— Пора сматываться.
"Лихтенштейн", определённо, указывал на He.219[93]. Злой зверь, быстрый и прекрасно вооружённый. Его радар по меркам американских истребителей был недостаточно хорош, но немецкие экипажи своё дело знали. "Самогонщик" попал в беду.
— Двигателям полную тягу. Откуда он заходит?
На RB-29C стояло четыре детектора: один в носу, другой в хвосте, и по одному на законцовках крыльев. Опытный оператор мог с их помощью определить направление на источник. У "Самогонщика" был очень хороший оператор.
— Он позади нас, несколько правее.
— Расстояние?
— По силе эха я сказал бы 25–35 километров. Может быть, ближе к 40. Задавить его, кэп?
— Нет. Оставим уловки напоследок. Скажи, когда он будет у нас точно на хвосте. Пусть отрабатывает свой ужин.
На такой высоте RB-29C мог выдать 630 километров в час до перегрева двигателей. Если наставления верны, He.219 выжимает свыше 700. Исходя из этого, ночной истребитель догонит разведчика через 35 минут в худшем случае, и 45 – в лучшем. Значит, бой случится севернее, где-то в 460–550 километрах от нынешнего местоположения. В тех же наставлениях было сказано, что боевая дальность "Филина" – 1500 километров. Откуда он взлетел? Сколько топлива у него осталось?
— Ян, облачность начинается на уровне 6700.
— Добро, лезем туда. Мощность слоя известна?
— Шаманы говорили, около 1700 метров. И сильная турбулентность внутри. Здесь, по сравнению, далеко не так плохо, но у Колы свой нрав.
— То есть у нас появляется некоторый простор для манёвра…
Нимчик немного опустил нос "Самогонщика" и смотрел, как скорость подходит к 630 километрам в час. Теперь "Хейнкелю" придётся преследовать их ещё дольше, от 40 до 55 минут, прежде чем он выйдет на дистанцию огня. Оставалось одно-единственно "но". "Злой самогонщик" нёс намного больше топлива, чем истребитель, но и его запасы не были безграничными. Если он будет гнать на полной мощности слишком долго, тоже останется без бензина.
Это было странное ощущение. Отдельные минуты, казалось, тянутся одна за другой, но каждый раз, когда Нимчик смотрел на часы, стрелки как будто прыгали вперёд.
— Где он?
— Точно позади нас. Три с небольшим километра, но не более пяти. Скорее меньше.
Они уже были в слое облаков. Серо-белый саван цеплялся за самолёт. Вражеский радар видел их, экипаж истребителя будет искать тёмный силуэт. RB-29C был покрыт глянцевой серебристой краской, и ночью почти не давал тени на облаках. Вопреки распространённому мнению, матово-чёрная масть очень плохо подходила для ночного истребителя.
— Внимание наблюдателям. Смотрите за тенями.
Первоначально у B-29 было несколько дистанционно управляемых башен со стрелками-операторами в блистерах. На RB-29C их сняли, заменив плоским остеклением.
— Микки, скорее всего первым его увидишь ты. Сразу говори, но только не стреляй.
Спаренная крупнокалиберная установка в хвосте была единственным вооружением "Злого самогонщика". Случались горячие споры о том, какие боеприпасы лучше. Некоторые экипажи брали побольше трассирующих в надежде, что потоки огня отпугнут ночной истребитель. Нимчик считал это безумием. Трассеры ясно указывают на бомбардировщик, как неоновая вывеска. Поэтому на борту "Самогонщика" не было ни единого трассирующего выстрела.
— Тень позади нас, — доложил Донован из хвостовой башни.
— Сброс фольги. И глуши его.
Нимчик подождал, пока высыпется охапка резаной фольги и пойдёт накачка энергии в активный глушитель. Потом он развернул "Самогонщика" кругом так резко, как только позволяла прочность корпуса. Позади них, показав очертания хвоста, проскочила смутная тень. Ян закончил поворот, выводя самолёт на параллельный курс с постепенным удалением. А потом в облаках вспыхнуло пламя, освещая загривок истребителя-призрака. Трассирующие снаряды? Вверх?
92
Один из первых серийных немецких радаров воздушного базирования. Применялся на тяжёлых ночных перехватчиках
93
Немецкий двухмоторный высотный ночной перехватчик, нёсший радарную установку и 4–6 (в зависимости от калибра) пушек. Первый в мире боевой самолёт, оснащённый катапультными креслами.