Ночные истребители и самолёты-разведчики, оснащённые радарами, обычно находились в списке сил авианосной группы на последних ролях. К этому все привыкли, как к мелкой неприятности. Но время от времени они становились важнее всех. Как сегодня. Над морем растянулась цепочка AD-2W, каждый в нескольких десятках миль от другого. Их задача – найти врага и сообщить о его положении. Затем они должны продолжать слежку, передавая сведения, чтобы ударные самолёты не тратили топливо, выискивая цели. Каждый сбережённый литр означал больше боевой нагрузки, больше горючего для возвращения на подбитой машине. Конечно, оставалась опасность, что вражеская группа поймет значение этой цепочки и отправит истребители – так же, как американский флот реагирует на вражеские разведывательные силы.
В отличие от модели AD-1, AD-2W были двухместными, хотя внешне таковыми не выглядели. Пилот сидел под обычным фонарём. Единственным заметным отличием был грибообразный нарост под брюхом. Поисковый радар, последний образец в семействе, развитие которого началось в 1942-м. Изначально его разработали, чтобы находить подводные лодки, идущие на поверхности. Потом научили улавливать выдвинутые лодками шнорхели, пока сама она идёт под водой, заряжая батареи, а позже добавили способность поиска надводных судов и слежение за воздухом. Оператор сидел в тёмной норе фюзеляжа, даже без иллюминаторов – чтобы не отвлекаться от изображения на экране и не засвечивать его.
На экранах "Вырвиглаза" отображалась та самая обстановка, ради чего и поднялись "Скайредеры"-разведчики. На востоке кипела хаотическая масса, отмечая путь шторма, пронёсшегося над Атлантикой. И сейчас показалось то, что скрывалось в нём. Контакт, плотный и медленно движущийся. Группа кораблей. Вокруг него, по бокам, сверкали отдельные, более слабые, но ясно различимые метки дальнего охранения немцев. На их авианосцах не было радаров, только на тяжёлых морских разведчиках, таких как Me.264 и Ju.390[117]. Уменьшение их поголовья долго было первоочередной задачей, чтобы свести возможности разведки до зрительного наблюдения.
— Мы нашли их, босс, — сказал сержант Кудрич пилоту. — Поверхностная цель, группа среднего размера, в воздухе шевеление. Авианосцы.
Это было попадание в десятку. Линкоры – устаревшие плавучие мишени. Авианосцы стали ядром флота. Уничтожь их, и сражение закончено.
— Передаю их расположение.
Американские корабли шли в режиме радиомолчания и затемнения. Ни огонька, ни одной волны. Они только слушали, но ничего не передавали.
— Есть признаки вражеских истребителей?
Кудрич покачал головой, потом вспомнил, что его никто не видит.
— Только разведчик. Перехватчиков не видно. Ээээ… к югу от нас идёт оперативное соединение. Может, сообщим им? Они в радиусе видимости вражеского самолета.
— Сначала передай Дикому Биллу на "Геттисберг", а потом предупреди тех, что у них впереди. На авианосцах колбасников для поиска есть только Ju.87. Они недостаточно быстрые, чтобы резко атаковать. Ты же знаешь Билла. Он расстроится, если последним узнает, что происходит.
— Сэр, донесение разведки. В 220 милях к востоку – юго-востоку от нашего положения обнаружена группа вражеских кораблей. Размер средний, есть движение в воздухе. Разведчики считают, что это авианосцы.
— Подтверждения? — адмирал Уильям "Дикий Билл" Хэлси и в мирное время не был легковерным.
— Несколько, сэр. Три самолёта-наблюдателя зафиксировали отметки. Они обнаружили противника, поднимающего авиацию для разведки. Враг пока ничего не заметил. Наши за ним присматривают.
— Ещё что-нибудь?
— EC-69 над Кефлавиком ловит интенсивный радиообмен. Колбасники вовсю треплются на КВ, ни от кого не скрываясь. Наверное, думают, что если мы за горизонтом, то не засечём их. Ведутся переговоры между кораблями обнаруженной группы и каким-то ещё, которые пока в полосе шторма. Анализ перемещений и подсказки из Вашингтона подводят нас к тому, что линкоры гуннов находятся в море.