1 мая на заседании «тройки» Ллойд Джордж предложил направить английские, французские и американские корабли в Смирну, чтобы защитить местных греков и опередить итальянцев, которые, по сведениям Венизелоса, якобы вступили в сговор с турками, готовившими расправу над греческим населением. Вильсон согласился на такое благородное предприятие, а Клемансо только воскликнул: «Какой дебют для Лиги Наций!» — и тут же спросил: «А что же делать по отношению к немцам?»[327]. 5 мая Ллойд Джордж нарисовал своим коллегам грандиозную картину возможной итальянской экспансии по обе стороны Проливов с участием Болгарии, где якобы находилось 30 тысяч итальянских солдат. Единственную возможность противостоять этому Ллойд Джордж видел в скорейшем решении вопроса о мандатах и зонах оккупации следующим образом: англичане перебросят войска с Кавказа в Болгарию, американцы оккупируют Константинополь, французы — Сирию, а греки, с позволения Антанты — Смирну. Таким образом, первоначальный план совместной военно-морской демонстрации в Смирне был ловко заменен планом греческого десанта. Ллойд Джордж торопил коллег, надеясь принять решение до скорого возвращения итальянцев в Париж. У Вильсона и Клемансо возражений не возникло[328].
7 и 10 мая на совещаниях с участием Венизелоса и военных экспертов греческая экспедиция в Смирне выглядела уже делом решенным — обсуждались только детали. Больше всего «Совет трех» беспокоило ее сохранение в секрете от итальянцев. Клемансо молчаливо соглашался с планами Ллойд Джорджа и Beнизелоса[329]. Но 11 мая на совещании с Бальфуром, Венизелосом и Вильсоном он забеспокоился и попросил отложить операцию на сутки, чтобы предупредить итальянцев, чьи представители уже вернулись в Париж. Не возражая против передачи Смирны грекам, он не хотел об этом объявлять открыто, пока не будут приняты общие решения по территориям Османской империи. Такая постановка вопроса обеспокоила Венизелоса, но Клемансо резко оборвал его, заявив, что не хочет брать на себя ответственность за неоправданный риск[330]. Очевидно, Клемансо понял, кому будет выгодно утверждение греков в Малой Азии, и решил обусловить свое согласие скорейшим решением сирийского вопроса. В частности, именно в этот момент французы попытались значительно увеличить свой военный контингент в Сирии. 5 мая Камбон направил в Форин Оффис план переброски в Левант четырех полков французских войск (один из которых уже высадился в Бейруте) и батальона алжирских зуавов[331]. В личной беседе Керзон не возражал в принципе против французского плана, но отметил, что эта операция не должна заранее предопределять решение конференции о мандатах. Весь вопрос представлялся ему военным, а не политическим. Французские войска должны были прежде всего заменить собой Армянский легион, который показал себя «абсолютно неудовлетворительно». Он также посоветовал Франции не подавать дурной пример малым странам, которым конференция запретила подкреплять свои территориальные претензии захватом спорных территорий. Камбон возразил, что то, что позволено Италии в чисто турецких землях, должно быть позволено и Франции в Сирии[332]. Очевидно, Камбон сообщил в Париж о принципиальной готовности Керзона согласиться на замену британских войск в Сирии и Киликии, так что у Клемансо не было оснований возражать против греческого (а фактически английского) плана в отношении Смирны. 12 мая Клемансо, Ллойд Джордж и Вильсон в полном согласии друг с другом буквально заставили Орландо и Соннино согласиться на акцию в Смирне, хотя те пытались настоять на высадке объединенного десанта всех стран Антанты[333].
Ллойд Джордж не присутствовал на заседании 11 мая, но, очевидно, был ознакомлен с его ходом и решил перехватить инициативу. Он резко изменил свое отношение к итальянцам и утром 13 мая предложил им мандат на Южную Анатолию[334]. На встрече с Клемансо и Вильсоном вечером того же дня он развил целую теорию о том, какое благодатное воздействие может оказать на Южную Анатолию итальянская колонизация. По мнению Ллойд Джорджа, это сделало бы итальянцев более сговорчивыми в вопросе о Фиуме. Вильсон продолжил мысль Ллойд Джорджа и предложил, дав Италии такой мандат, передать Греции «в полную собственность» Смирну с прилегающим районом и мандат на остальной Айдынский вилайет. Тогда Ллойд Джордж высказал неожиданное предложение: если США примут мандат на Армению, предоставить Франции мандат на Северную Анатолию; если же конгресс США отвергнет мандат, «я отдам всю Анатолию Италии, а Франция получит армянский мандат»[335]. О Сирии не было сказано ни слова, но Клемансо не обратил на это внимания[336]. Английскому эксперту Г. Никольсону поручили составить карту раздела Малой Азии между Италией (юг), Францией (север), Грецией (запад) и США (восток и Проливы). В тот же день Ллойд Джордж предложил выслушать делегацию мусульман Индии[337]. На следующий день «тройка» собралась вокруг готовой карты и быстро договорилась о распределении мандатов в Малой Азии. Правда, для Константинополя и Армении предлагался неопределенный «мандат Лиги Наций», а вопрос об американском участии оставался открытым. После этого Ллойд Джордж сказал, что «остается лишь урегулировать сферы военной оккупации в Азии». Этот вопрос было решено передать на рассмотрение личных представителей двух премьер-министров — А. Тардье и Г. Вильсона, при этом Клемансо сказал, что его уже «обвиняют в слишком больших уступках» англичанам. Затем началось обсуждение характера будущих мандатов Италии и Франции соответственно на юге и севере Анатолии[338].
335
Франция никогда не выдвигала серьезных территориальных претензий ни на Северную Анатолию, ни на Армению.