Так, доверившись богу войны, граф из Йоркшира взял путь на город под названием Ньюарк на берегу реки Трент, с тем чтобы, пополнив там ряды своего войска, быть в состоянии двинуться прямо на короля. Но прежде чем он достиг этого места, король Генрих (в вечер накануне сражения) сам отправился навстречу врагу и прибыл в Ньюарк. Не задержавшись там, он отошел на три мили от города, где и расположился на ночлег. Граф, узнав о подходе короля, нисколько не встревожился, но, продолжая двигаться в выбранном направлении, в тот же самый день прибыл в деревню, рядом с которой был разбит лагерь его противника и которая называется Стоук, где и сделал привал.
На следующий день король, разбив свое войско на три колонны, подошел к деревне Стоук, остановился перед лагерем графа и предложил драться на этой земле. Принимая вызов, граф вывел вперед свои отряды и дал сигнал к сражению. Обе стороны бились очень ожесточенно. Те яростные люди гор, немцы, столь опытные в войне, находились в центре сражения, лишь немногим уступая англичанам в доблести. Мартин Шварц, их предводитель, был далеко не последним по своей храбрости и решительности. С другой стороны, ирландцы, хотя и сражались очень рьяно, не были, однако (по традиции их страны), защищены доспехами и чаще других участников сражения падали замертво под страшными ударами. Но жестокое избиение несчастных ирландцев не посеяло паники среди воюющих.
В течение некоторого времени не было заметно преимущества какой-либо из сторон, но наконец первая шеренга армии короля (единственная вовлеченная в битву и выстоявшая) атаковала врага с такой силой, что сразу отделила ряды неприятеля от их вожаков, продолжавших сопротивляться. Затем оставшиеся отряды врага обратились в бегство; тогда бежавшие были или захвачены в плен, или убиты. Насколько безрассудным был дух, вдохновлявший вражеских солдат, стало вполне очевидным только по окончании сражения, поскольку их лидеры Джон, граф Линкольнский, лорд Фрэнсис Ловелл, Томас Брутон и самые смелые Мартин Шварц и ирландский командир Томас Джеральдин были убиты прямо там, где их захватили во время сражения.
Ламберт, самозваный мальчик-король, был захвачен вместе со своим наставником Ричардом, но обоим сохранили жизнь: невинному парню — потому что слишком юн, чтобы отвечать самому за любые преступления, наставнику — потому что священник. Ламберт жив и поныне и служит королевским сокольничьим; до этого некоторое время он был приставлен к вертелу и делал другую черную работу на королевской кухне.{180}
Иногда наивный английский хронист простодушно сообщает нам больше, чем утонченный историк-гуманист. Большая Хроника Лондона добавляет интересные подробности о сражении при Стоуке.
…Победа досталась королю, да будет благословен Господь, несмотря на то, что перед местом сражения были хитроумно расставлены люди, которые убеждали многих королевских подданных, прибывавших к его Светлости, что король бросил поле боя и бежал. Благодаря таким изощренным уловкам и сообщениям многие преданные королю люди повернули вспять, а некоторые дворяне из страха поскакали к храму и остановились там ждать лучших новостей.
Сражение было проиграно из-за того, что вышеназванного Мартина Шварца обманули, поскольку, когда он возглавил этот поход, граф Линкольн обнадежил его, пообещав, что после высадки под знамена упомянутого графа встанет еще много народа. Но когда они зашли уже далеко в глубь страны, а он так и не увидел ничего подобного, вот тогда он хорошо понял, что его обманули, потому-то и сказал графу: «Сэр, теперь я отлично вижу, что Вы ввели в заблуждение себя и меня, но тем не менее я исполню все, что обещал миледи герцогине, и призываю Вас сделать то же».
И после этого он поскакал к полю битвы еще быстрее с таким мужеством, как если бы у него имелось на двадцать тысяч человек больше, и там сдержал обещание таким образом, что сам он и граф вместе со многими из своих людей пали на поле брани.{181}
Несмотря на победу в Стоуке, волнения продолжались. Недовольство легко смешалось с пройоркистскими настроениями. В начале 1489 г. парламент проголосовал за выделение 100 000 фунтов для войны против Франции. Большая Хроника Лондона освещает историю восстания, последовавшего после попыток собрать налог с жителей Йоркшира и Дарема, которые считали, что и так уже достаточно обременены обязанностью защищать земли от шотландцев.
…Общины севера подняли восстание под предводительством йомена по имени Джон Чембир (Chambyr)[168]. Граф Нортумберленд, намереваясь успокоить народ мирными средствами, взял с собой свою свиту и сам отправился к ним для дружелюбных переговоров, поскольку упомянутый Джон Чембер прежде отказался прибыть к упомянутому графу, когда тот посылал за ним. Но, как только упомянутый граф приблизился, они, ведомые преступными намерениями, напали на него, убив его самого и некоторых из его слуг. Прослышав об этом, король послал туда отряд под предводительством графа Суррея, к кому он проявил великодушие, освободив из Тауэра, где тот пребывал в заключении со времени вышеупомянутой битвы при Босуорте[169]. После чего король в сопровождении сильного войска помчался за ним.
169
Король послал Суррея на север только приблизительно через три месяца после того, как тот был освобожден из Тауэра.