Во время этих приготовлений слух о них достиг Франции; Карл вызвал Питера [Перкина] к себе, чтобы вооружить его против Генриха, который тогда напал на него[171]. Питер был очень сильно удивлен такому повороту событий; теперь все вокруг стали относиться к нему как к королю, и он сразу нашел прибежище у Карла, который любезно принял его, удостоил его свитой и всеми другими привилегиями, которые полагались особе королевской крови. Однако вскоре с англичанами был заключен мир[172], и Карл отделался от этого человека, который вернулся со своими разбитыми надеждами к Маргарите во Фландрию.
Маргарита встретила Питера так[173], как если бы он восстал из мертвых, и сделала вид, будто никогда раньше в глаза его не видела. Ее радость была столь велика, что, казалось, от счастья у нее помутился рассудок. Чтобы все заметили ее ликование, она публично поздравила своего племянника со счастливым избавлением и восхищенно снова и снова слушала его рассказ о том, как он, хитростью спасшись от смерти, блуждал среди многих народов с целью убедить всех, что он действительно Ричард, сын ее брата Эдуарда. После этого она начала обращаться с юнцом с большим уважением, и ради нее фламандцы также всячески возвеличивали его. Чем больше они лгали, тем больше люди делали вид, что верят, будто этот юноша ускользнул от короля Ричарда благодаря божественному вмешательству и благополучно добрался до своей тетки.
Новость о столь удивительном случае быстро распространилась по соседним странам и быстрее всего достигла берегов Англии, где простые люди просто не поверили в эту историю, но многие важные персоны посчитали ее правдивой. В результате, когда повсюду стали ходить слухи, что Ричард, сын короля Эдуарда, жив и находится у фламандцев в большом почете и уважении, заговоры немедленно стали плодиться подобно тому, как весной деревья всегда одеваются во множество цветов.
С одной стороны, были головорезы, которые по причине различных совершенных ими преступлений нашли убежище в святых местах. Они, гонимые бедностью и мечтая о вознаграждении, стали стекаться к Питеру во Фландрию. С другой стороны, и среди знати многие склонялись к заговору: некоторыми двигала просто безрассудная храбрость; другие, веря, что Питер — Ричард, сын Эдуарда, поддержали требование йоркистской стороны; некоторые считали, что король Генрих плохо отблагодарил их за оказанные ему услуги, когда они преданно и рьяно защищали его, и теперь перешли на другую сторону частично от негодования, а частично от жадности; наконец, были те, чья мечта о перевороте бросила их с головой в этот заговор. Но все это случилось несколько позже…
…Тем временем слух о Ричарде, воскресшем герцоге Йорке, разделил почти всю Англию на фракции, наполняя умы людей надеждой или страхом. Никто не остался равнодушным. Каждый, согласно своей натуре, ожидал или беды, или выгоды. Сам король, как и его друзья, недоумевал, как можно было изобрести такую выдумку, чтобы по мере распространения столь откровенная ложь повсюду стала сходить за правду и уверить многих из его магнатов (он явственно чувствовал, что так и вышло), что это непреложная истина. Посему Генрих боялся, что если вскорости обман не откроется, то случатся большие волнения.
Были некоторые, довольные таким развитием событий. Они полагали, что эта история правдива, и рассчитывали благодаря такому повороту дел что-нибудь выгадать для себя, на что надеялись и заговорщики. И так как подобные преступления всегда более опасны, чем простой бунт, то мятежники решили послать кого-нибудь от себя во Фландрию к Маргарите, которая должна была определить, когда герцог Ричард Йорк будет готов отправиться в Англию, и сразу сообщить им об этом, чтобы они смогли своевременно выступить с подмогой.
С общего согласия сэр Роберт Клиффорд был послан во Фландрию вместе с Уильямом Барли, и он раскрыл Маргарите все планы заговорщиков. Маргарита осталась чрезвычайно довольна прибытием Роберта, легко убедив его, что все слухи относительно герцога Ричарда верны. Позже она показала ему своего Питера, который очень умело выдавал себя за Ричарда. Увидев юношу, Роберт немедленно решил, что тот — отпрыск королевского рода, о чем и рассказал своим сообщникам. Получив сообщение Роберта, мятежники, дабы поднять народное восстание, принялись всюду утверждать, что юноша, о котором все говорят, на самом деле истинный герцог Йорк. Они делали это с такой ловкостью, что никто из слышавших тот рассказ не мог понять, откуда исходят подобные слухи.
172
Этапльский договор 3 ноября 1492 г. Карл VIII обещал не оказывать помощи английским мятежникам.
173
Полидор Вергилий утверждал, что заговор начался в Бургундии и что появление Уорбека в Корке не было делом случая.