…В октябре [1466 г.] в Гринвиче король устроил брак Томаса Грея, рыцаря, сына королевы, и леди Анны, наследницы герцога Эксетерско-го, племянницы короля, к большому, но тщательно скрываемому разочарованию графа Уорика, который был недоволен, поскольку существовала предварительная договоренность о браке названной леди Анны с сыном графа Нортумберленда, брата графа Уорика, и королева уже заплатила упомянутой герцогине 4000 марок приданого{115}…{116}
После поражения на севере в 1463 г. Маргарита Анжуйская, узнав о готовящейся в Сент-Омере дипломатической конференции Англии, Франции и Бургундии, сильно забеспокоилась. В надежде помешать заключению какого бы то ни было соглашения она отправилась к Бургундскому двору. Жорж Шателен (Georges Chastellain), официальный историограф герцога Бургундии, описал ее прибытие.
Когда после бесславного отступления шотландцев от Реля (Rel)[77], навлекшего позор на французов, бывших тогда на стороне короля Генриха, и из-за трусости и обмана упомянутых шотландцев они потеряли последнюю надежду на помощь и успокоение в этом суетном мире, и им не оставалось ничего другого, как бежать и искать приюта в каком-нибудь другом королевстве или земле, королева в надежде на лучшую долю, вынуждаемая как необходимостью, так и своими секретными планами вспомнила, что она — дочь короля Сицилии, племянница короля Франции, а ее муж — его племянник, и ее благородная кровь и искренняя любовь помогли ей в ее решимости пересечь море, рискуя погибнуть ради него [Генриха VI].
И, находясь в уверенности, что ее муж, король Генрих, еще некоторое время будет находиться в достаточно безопасном месте, она взяла с собой своего сына Эдуарда, принца Уэльского, и по совету и с согласия отважного рыцаря, сэра Пьера де Брезе, ее сторонника, сопровождавшего ее, отправилась на корабле через море в надежде пристать в первом же подходящем порту, чтобы найти там приют. Она намеревалась не только навестить своих родственников и друзей во Франции, но и посетить земли герцога Бургундского.
Итак, в конце июля легкий бриз доставил ее вместе с немногочисленной свитой к побережью недалеко от города Слейса. Ее прибытие в порт вызвало немалое удивление, ведь каждому было доподлинно известно, что во дни ее процветания она была смертельным врагом герцога, и во всей Англии было не сыскать более зложелательного ему человека — и в поступках, и в помыслах своих. Потому с уст многих срывались слова недовольства, и повсюду ходили злобные толки касательно причины ее неудачи. Поскольку [она] прибыла туда обездоленной и одинокой и всеми заброшенной, у нее не было более ни имени, ни денег, ни имущества, ни драгоценностей — ничего, подо что можно было бы получить залог. У нее был лишь сын; никаких королевских одежд, ни состояния (estate)[78] и никаких украшений, приличествующих королеве. Она была одета в одно-единственное платье, которое даже не имела возможности сменить. Пожиток у нее было не больше, чем у любой из семи женщин, составлявших всю ее свиту; их одежды были подобны одеянию их хозяйки, прежде одной из самых роскошных женщин мира, а ныне самой обездоленной; и, наконец, даже на хлеб ей неоткуда было взять денег, кроме как из кошелька благорасположенного к ней ее рыцаря, сэра Пьера де Брезе, который сам пребывал в чрезвычайной бедности, поскольку он все потратил на ее содержание и на ведение войны против ее врагов, при этом ничего не оставив себе; как он рассказывал мне, он израсходовал около 50 000 крон своих личных денег.
Тяжело было видеть эту высокородную принцессу развенчанной и униженной, оказавшейся перед лицом стольких опасностей, перед угрозой голодной смерти и лишений, которую жизнь заставила обратиться к милосердию того, кто, как известно, во всем мире был наиболее враждебно и злобно настроен к ней. Тем не менее, надеясь своими извинениями добиться для себя снисходительности и полагая, что ее прирожденное благородство и отчаянное мужество вызовут сострадание к ней и ее печальной судьбе, она не побоялась безотлагательно отправиться прямо к нему…
…Когда герцог узнал об этом ее намерении и что он никоим образом не сможет изменить ее решения встретиться с ним, он вынужден был согласиться и сказал, что раз ему не удастся избежать этого, он должен будет увидеться с нею и принять ее любезно, как предписывают обстоятельства, и использовать это в своих интересах. Но поскольку сельская местность, через которую она пробирается, полна для нее всяческих опасностей — ведь он уже слышал, что англичане в Кале ищут ее и попробуют схватить и низложить ее, как только она прибудет к нему, — то он сразу сообщил ей, что она должна оставаться в первом же городе, где это его послание настигнет ее и куда он прибудет так быстро, как только возможно, без дальнейших церемоний. Так что английская королева по совету герцога стала ждать его в Сент-Поле (St. Pol); это было в последний вторник августа.