Король тогда же рано утром в пятницу, выставив свои знамена, разделил свое войско на три фронта и выслал вперед всадников и авангард; и так в правильном порядке и построении он двинулся через равнину, называемую Котсволдом (Cotswold), ведя за собой всех своих людей числом более трех тысяч пехотинцев; и в ту пятницу, которая была поистине горячим днем, они прошли более тридцати миль. Во время всего этого перехода его воины не смогли раздобыть ни пропитания для людей, ни корма для своих лошадей, ни воды; лишь единожды удалось найти небольшой ручей, но и это принесло облегчение ненадолго, так как впряженные в телеги лошади очень скоро устали.
И весь этот день войско короля следовало по пятам своих врагов на протяжении пяти или шести миль, скрытно следя за ними: те шли по открытой местности, а их противники — среди леса. Так продолжал он свой поход, пока не прибыл со всем своим войском в деревню под названием Челтенхем (Cheltenham), что в пяти милях от Тьюксбери. Там королю стало известно наверняка, что незадолго до его прибытия туда его враги достигли Тьюксбери и встали там лагерем — они решили-таки дождаться противника и дать сражение. После этого король не стал задерживаться, лишь немного подкрепил себя и своих людей мясом и напитками, которые вез с собой, и, не мешкая, отправился прямо туда, где остановились его недруги, и встал лагерем в трех милях от них.
На следующий день, в субботу, 4 мая, [король] сам оделся, и все его войско построилось для битвы; взвились королевские знамена, затрубили трубы; доверив разрешить их спор Всемогущему Богу и его Пречистой Матери Деве Марии, и великому святому мученику Георгию, и всем святым, король ринулся прямо на врагов своих, которые находились в весьма труднодоступном месте и на которых было непросто напасть. Однако артиллерия короля[106] так удачно расположилась перед ними, что сразу обрушила град стрел на авангард противника.
Затем король снова атаковал, обстреляв своих врагов из луков и пушек, поскольку те не имели такого большого количества оружия, как у короля. Перед их лагерем были такие гибельные тропы и глубокие рвы, так много преград, деревьев, и кустарников, что поистине трудно было приблизиться к ним и захватить; но тут Эдмунд, называемый герцогом Сомерсетом[107], выступавший в тот день в авангарде, то ли потому, что в него с товарищами постоянно стреляли из пушек и луков в том месте, где они стояли, то ли, может, по причине отважного сердца и храбрости, благородно и мужественно выдвинулся сам со своими солдатами немного в стороне от передового отряда короля и, продвигаясь какими-то тропами, оказался далеко впереди; король не знал, что тот миновал место столкновения и вышел на ровное место позади сражающегося монарха, откуда отчаянно напал на его войско. Король, полный мужества, бросился на нападающих, преодолел ров и другие преграды, вставшие у него на пути, и загнал их на холм; и с ним также был королевский авангард, ведомый герцогом Глостером.