— Я сделаю все от меня зависящее, экселенц, — пыхнул сигарой фон Майер. — Можете не сомневаться.
В полночь, на верхней точке прилива, черная субмарина, с двумя боевыми дельфинами на борту, вышла из лагуны и по протоке скользнула в реку. Там, следуя по течению и держась середины фарватера, она стала спускаться к океану. Под обводами мостика, пристально вглядываясь в темноту, кроме Майера, Магро и рулевого, стояли еще двое сигнальщиков. Тихо постукивали дизеля и щелкали стрелки репитеров.
Через час, оказавшись в дельте реки, лодка ускорила ход и вышла в открытый океан. Там штормило, и соленые волны захлестывали рубку.
— Шафер, — приготовьте надстройку к погружению и переключитесь на управление из центрального поста — бросил Майер стоящему на рулях боцману и спустился вниз. Вскоре, вверху щелкнул кремальер рубочного люка и по трапу загремели тяжелые ботинки.
— Люк задраен господин капитан, — доложил боцман.
— Боевая тревога! Погружаемся на глубину пятьдесят метров, — приказал Майер. На лодке захрипел ревун, она вздрогнула и камнем провалилась вниз.
— Глубина пятьдесят метров, — доложил через минуту рулевой.
— Так держать, — отозвался капитан. — Помощник, следуйте в заданный район, я буду у себя.
Покинув центральный пост и задраив за собой переборку, Майер с итальянцем прошел в первый отсек. Там, в заполненном водой импровизированном бассейне, неспешно плавал Тор со своей подругой по кличке Ундина, а со смотровой площадке за ними внимательно наблюдал боевой расчет, состоящий из офицера и трех моряков. Все они были облачены в резиновые гидрокостюмы.
— Как дела, Франц, все ли нормально у ваших питомцев? — поинтересовался Майер у лейтенанта.
— Вполне, господин капитан, — дельфины ведут себя спокойно. — Правда Ундина немного забеспокоилась, когда началась качка.
— Да, наверху шторм и пока он не закончится, будем идти под водой. Когда очередное кормление афалин?
— Через час. У нас для них свежие кальмары.
— Ну что ж, — продолжайте нести вахту, Франц. Боевые заряды на дельфинов установите только по моей команде, после выхода на позицию.
— Слушаюсь.
— С вашего разрешения, Отто, я останусь здесь на время атаки, — попросил Магро.
— Как считаете нужным, Джовани.
После этого Майер покинул отсек и направился к себе в каюту. Там, не раздеваясь, он прилег на жесткую койку и через минуту уснул сном праведника.
Через три часа капитана разбудил вахтенный и пригласил на завтрак. Майер встал и взглянул на висящие на переборки часы. Их фосфорицирующие стрелки показывали семь утра. Ополоснув лицо над миниатюрным умывальником, он утерся бумажным полотенцем и проследовал в кают-компанию. Там, за откидным столом, на тянущемся вдоль борта узком диване уже сидели Магро и сменившиеся с вахты помощник с механиком.
— Как обстановка? — поинтересовался Майер.
— Следуем по графику. Шторм прекратился, — ответил помощник.
— Ну, что ж, — отлично, произнес командир и принял из рук вестового чашку с горячим кофе.
После завтрака Майер прошел в центральный пост, где выслушав доклад вахтенного офицера, приказал подвсплыть и поднял перископ. Вокруг расстилалась пустынная даль океана.
— Приготовьте дизеля для работы под шнорхелем[43] — бросил Майер стоящему рядом офицеру. — Нам следует подзарядить аккумуляторные батареи.
— Слушаюсь, — ответил тот и отдал соответствующую команду.
Спустя непродолжительное время из концевых отсеков послышался монотонный гул, и в лодке сладко запахло перегоревшим соляром.
— А теперь увеличьте ход до десяти узлов.
Послышалась очередная команда и в отсеке завибрировали поддоны.
— Отлично, — пробормотал Майер и уселся на командирскую разножку[44].
Весь день, выбрасывая на поверхность едва различимый синеватый выхлоп из поплавка шнорхеля, субмарина шла на перископной глубине и только ночью, когда в небе призрачно замигали звезды, Майер дал команду на всплытие.
Пригласив с собой Магро и поднявшись вслед за боцманом в рубку, в решетчатом настиле которой еще журчала вода, Майер с наслаждением вдохнул йодистый запах легкого бриза и оба закурили.
— Провентилировать отсеки. Свободным от вахты, разрешаю выход наверх, — сказал Майер в переговорную трубу и вскоре среди выдвижных устройств замелькали огоньки сигарет, а вдоль желоба надводного гальюна, в корме, угнездились несколько отсвечивающих голыми задницами, фигур.
— мечтательно продекламировал, глядя в звездное небо Магро.
— Хорошо сказано, — ухмыльнулся Майер. — Чьи это стихи?
— Габриэле Д'Аннуцио, национального героя Италии и фашиста.
— Тогда вдвойне хорошо.
Через час, подзарядив аккумуляторы, лодка вновь погрузилась и исчезла в океанской пучине…
Отдав швартовы и послав прощальный гудок гостеприимному Манаусу, английский сухогруз «Эмпайер», в полдень вышел из порта. Построенный в начале года на судоверфи в Балтиморе, он выгодно отличался от других, стоявших у причалов судов.
Светло-серый красавец, водоизмещением в пятнадцать тысяч тонн и длиной более ста метров, нес в своих трюмах бразильские боксит, хлопок и кофе, так необходимые воюющей метрополии. Относящийся к последней серии транспортов «либерти», он имел более мощную энергетическую установку, позволяющую развивать скорость хода до 12 узлов и достаточно мощное вооружение, состоящее из двух 100 миллиметровых орудий, шести зенитных «эрликонов», пулеметов и глубинных бомб. Ходовая рубка и мостик судна были прикрыты армоцементными плитами, а корпус защищен от магнитных мин, специальным размагничивающим устройством.
Капитан «Эмпайера» Джон Тэмплинг, командовавший в первую мировую британским миноносцем, был старым морским волком и гордился своим судном, команда которого состояла из сорока моряков. Помимо экипажа, на «Эмпайере» в туманный Альбион следовалпомощник военно-морского атташе капитан 2 ранга Ричард Мур и несколько служащих английского торгпредства.
Настроение у Тэмплинга было приподнятое.
С вступлением Бразилии в войну с Германией и появлением в ее водах союзнического флота, опасность быть потопленными активно действовавшими здесь до 1943 года немецкими лодками заметно снизилась.
Внушал оптимизм и стоящий на рейде американский эскортный авианосец, только что вернувшийся с моря.
Выйдя за боновые заграждения порта, охранявшиеся бразильским тральщиком, капитан отдал вахтенному помощнику необходимые указания и спустился в кают-компанию, где, удобно расположившись в мягком кресле и смакуя скотч со льдом, Мур с интересом читал свежий номер «Таймса».
— Что нового в мире, сэр? — усаживаясь в кресло напротив и доставая из кармана сигару, поинтересовался Тэмплинг. — А то я с этой погрузкой совсем замотался.
— Новости неплохие, капитан. Боши терпят поражения на всех фронтах, — усмехнулся Мур, и щелкнул перед ним зажигалкой.
— А конкретней? — выпустил душистое облако дыма Тэмплинг.
— После Сталинграда русские снова разбили немцев под Курском. Уничтожено тридцать германских дивизий. А наша 8-я армия под командованием генерала Монтгомери высадились в Сицилии и с боями продвигается к Риму. Кстати, здесь довольно интересная статья о действиях союзных войск в Северной Африке. Желаете послушать?
— Валяйте, — благосклонно разрешил капитан.
43
Шнорхель — выдвижное устройство на немецких подлодках, предназначавшееся для работы дизелей под водой.